Когда времени оставалось и того меньше, Влада начинала всерьез задумываться над словами Ани – а может, и правда состричь половину? Ну кто в наше время носит косу через плечо до самого пупка? Влада помнила, как однажды уже сидела в кресле, решительная и завернутая в парикмахерскую накидку – и в последний момент бросилась наутек, словно черт от ладана. Ради чего, зачем? Как будто волосы могут помнить его прикосновения и скупое: «У тебя волосы одуренные, как расплавленное золото». Глупо и наивно, но Влада не могла заставить себя избавиться от того, чего касались его пальцы.
В этот раз Влада собиралась медленнее, а все потому, что трижды собирала и распускала волосы. В конце концов, остановилась на варианте «высоко подобранный пучок». Чтобы конструкция продержалась хотя бы половину вечера, в ход пошли все найденные шпильки, а поверх них – лаконичная заколка под серебро, украшенная бархатной стрекозой.
«Я на Вокзальной. Выходи».
Влада бросила последний взгляд в зеркало, критично оценивая общий вид. Не сказать, чтобы сногсшибательно, но всяко лучше, чем ее повседневный вид.
Темно-синий «Мерседес» Никиты она нашла припаркованным на их привычном месте – через дорогу, в закоулке между кафе и детской комиссионкой. Сам Никита стоял снаружи, с сигаретой в одной руке и букетом лилий в другой. Светло-серый костюм сидел на нем даже лучше, чем на моделях из рекламных постеров, соломенные волосы чуть растрепались от ветра.









