Случилось так, что очень тяжело заболел его малолетний внук. Шансов выжить у ребенка практически не было. Но Николай Береженников в лучших традициях российских врачей решил спасти мальчика во что бы то ни стало. Это ему удалось ценой бессонной недели, проведенной у постели больного ребенка. Когда табиб вернулся, его внук был уже вне опасности.

Старик, тронутый до глубины души, посвятил молодого врача во многие тайны восточной медицины. Именно эти методики уже много лет Береженников и пытается совместить с достижениями современной медицины, хочет, чтобы способы укрепления здоровья в преклонные годы и продления жизни, не отягощенной недугами, стали массовыми, легкодоступными для всякого и каждого.

Пользуясь знаниями, полученными от табиба, профессор даже изобрел электронный аппарат, который способен перенастраивать в отделе мозга, именуемом гипоталамусом, наши внутренние часы. Их невидимые стрелки после этого начинают идти в сторону давно ушедшей молодости. Происходит настоящее чудо. Человек начинает выздоравливать от многих болезней и даже омолаживаться! Этот аппарат Береженников то ли в шутку, то ли всерьез называет своим талисманом бессмертия.

Используя его и некоторые снадобья, рецепт которых профессору еще когда-то передал табиб, он помог немалому числу людей вернуть здоровье.

— А он его, этот самый талисман, запатентовал? — поинтересовался Петр.

Лев Иванович отрицательно качнул головой и ответил:

— Нет, его устройство и принцип работы профессор держит в секрете. Думаю, вор, обокравший лабораторию Береженникова, искал прежде всего этот самый электронный талисман. Профессор уверен, что стоит ему показать кому-то этот прибор, как его тут же умыкнут за пределы России.

Обвинения в причинении смерти пациентам на него вешают с дальним прицелом. Ход простой и понятный. Ты докажи, что твой прибор исцеляет людей! Для этого его надо показать какой-то комиссии, предоставить документацию. В этой комиссии запросто может оказаться агент западных спецслужб, каких-то тамошних корпораций.

— Опять ты все про то же. Шпионы, заговоры! — с упреком заявил Орлов.

— Да, шпионы и заговоры! — с вызовом повторил Гуров. — Видишь ли, у профессора есть еще одна вещь, за которой ведется тайная охота уже не одно десятилетие.

Еще нацистская контора под названием Аненербе искала ее по всему миру. А теперь этим заняты американцы. Мне кажется, она интересует наших заокеанских партнеров в гораздо большей степени, чем даже талисман бессмертия. Возможно, охота за разработками Береженникова — всего лишь удобный предлог, тогда как на самом деле им нужен артефакт, уже около сорока лет хранящийся у Николая Романовича.

— И что же это за вещь? — уже без скепсиса в голосе спросил Орлов.