"

"— Ну что, Коля, друг старинный, стыдно? Столько лет мы с тобой этого Писателя тянули, и надо же! Ты представляешь, какой будет скандал, если этот Писатель на следствии, а уж тем более на суде начнет давать показания? Ведь мы же сколько лет с тобой пользуемся этой его диссертацией, которую ты так удачно унес из его квартиры. И между прочим, там еще есть чем пользоваться. Представляешь, что будет, если об этом заговорят? Допустим, процесс мы сделаем закрытым, не пустим туда журналистов. А суд? Адвокаты? А конвой, наконец? Как ты им рот заткнешь? Может получиться международный скандал! Наверху начнут отмазываться, и нас с тобой, Коленька, потом хрен кто найдет.

Или в столовой компотом отравимся, или под трамвай попадем, или в лес пойдем за грибами и волки нас съедят. Как тебе такая, перспектива? Вместо почетной пенсии на даче в Перхушкове. Не нравится? Вот и мне не нравится. А поэтому, Коля, как я мозгами ни раскидывал, Писателя этого придется брать нам с тобой. Лучше уж покраснеть на оперативном совещании и получить нагоняй за неудачное задержание, в результате которого объект погиб, чем подставить себя под такой удар, который нас с тобой, как инициаторов этого дела, в лепешку сплющит. На оперативке-то мы как-нибудь отобьемся, чай не впервой. Ребята мы с тобой грамотные, распишем сопротивление при задержании, обоснуем применение некоторых приемов, в результате которых задерживаемый получил тяжелые повреждения, не совместимые с жизнью. Как думаешь?

— Так-то оно так, но ведь, насколько я понимаю, задержание мы будем проводить в квартире. Нам туда придется идти с ордером на обыск, с понятыми, а то еще и с милицией. А наш клиент — не ребенок, он двадцать лет в сыске отпахал.

Думаешь, он не почует, чем пахнет? Тут можно проколоться. Но в одном ты, конечно, прав: заговорить он не должен, иначе не знаю, дойдет ли до международного скандала, но нам с тобой головы точно снимут. Опыт есть.

— И что ты предлагаешь?

— Есть один вариант. Немного, правда, рискованный, зато куда более надежный. Ты на какое число наметил аресты остальных по этому делу?

— Точной даты я не назвал. Ребята должны их доработать — маршруты, связи, то, се. Оружие, наконец. Думаю, не раньше, чем дня через три-четыре. Но и не позже, чем через пять. Тянуть у нас времени нет, наверх уже доложили, а там, сам знаешь, проволочек не любят.

— Вот и нормально. Значит, пара дней у нас есть. Моя бригада плотно сидит на хвосте у этого Писателя. Сегодня мне доложили, что объект находится в известной нам квартире, болеет и, судя по всему, выходить никуда не собирается. Хозяйка квартиры в командировке и приезжает только послезавтра. Так что он там один.

— А хозяин?

— Нет там никакого хозяина. То ли этот Орлов что-то напутал, то ли врал ему наш Писатель. Он же не доверяет никому.