– Совсем с ума сошел?! Что ты делаешь?! Мне больно! Отпусти!

Глеб, который непонятно, как тут оказался, и откуда-то знает мой адрес, лишь кривит губы в мерзкой усмешке.

Внимательнее вглядываюсь в лицо бывшего парня, и мне становится не по себе: зрачки очень расширены, глаза блестят и лихорадочно мечутся по моему лицу. Он постоянно облизывает губы кончиком языка, как будто сильно волнуется.

– Глеб, отпусти меня, – уже спокойнее, не показывая свой страх,– я устала и хочу домой.

– Не спеши, моя красавица. Удели теперь мне время. Ведь я так долго ждал…

Его речь путанная, непонятная, Глеба заметно лихорадит. Он мне сейчас напоминает сумасшедшего. Только его мне не хватало!

– О чем ты? Не понимаю тебя!

Бывший резко дергает за руку на себя и шипит прямо мне в лицо:

– Теперь тебя твой олигарх точно не защитит, а я получу то, что хотел, как только увидел тебя. То, зачем знакомился и был рядом все это время…

– Что?!

– Тебя, – Глеб прижимает к моему лицу какую-то тряпку. Я вырываюсь, трясу головой, но воздуха не хватает. И я все же вдыхаю ту дрянь, которой пропитана ткань, проваливаясь в темноту.

Тимур

Наши проблемы с Давой приобретают масштабный характер. Хакимов отзванивается минимум два раза в день, и еще ни разу за все эти дни я не услышал от него ничего цензурного. Человек, которому мы пошли навстречу, очень крупно нас подставил, и теперь нам светят проблемы не только с налоговой, но и с правоохранительными органами. А разгребать все это дерьмо у меня сейчас банально нет времени!

И как бы мне не хотелось остаться и решить все вопросы с Эммой, понимаю, что не могу так поступить с другом. Бизнес-то общий. Да и на кону стоят большие деньги и его свобода. Давид – друг, брат, который всегда подставляет мне плечо в самые сложные моменты жизни, поэтому я, не задумываясь, вылетаю к нему.

Я переживаю за Эмму, учитывая, что Слава, которого она представила мне, как отца своего ребенка, своего мужчину, заботится о ней, мягко говоря, ничтожно мало. На мой взгляд, ни хрена не заботится. Учитывая, что на горизонте нарисовался недоносок Глеб Захаров, я бы на месте Мстислава из дому ее не выпускал, а он даже был не в курсе, что этот мелкий урод набросился на беременную девочку прямо на улице."

"Захаров – младший давно и прочно сидит на наркотиках. Странно, что Эмма не замечала этого, когда они были в отношениях. Насколько мне известно, пару раз в клубах с эскортницами ему срывало крышу, но папаше удавалось замять эти «инциденты». Он опасен, и я переживаю, что этот засранец снова замаячил на горизонте.

Поэтому, ради своего же спокойствия, я приставляю к ней двух своих безопасников, которые приглядывают за малышкой двадцать четыре на семь. Отчитываясь мне каждые двенадцать часов.