Профессор обошел комнату и попросил всех назвать место, где они столкнулись с их последним романтическим интересом — после этого последовал хор — школы, работы, школы, работы, школы, школы и работы. Учитель объяснил, что люди чувствуют больше привязанности и эмоциональных вложений с людьми, к которым они близки. Мы не встречаемся с одноклассниками и коллегами только потому, что это удобно, мы делаем это потому, что мы, буквально, близки с ними.

Я была такой, такой глупой, что думала, что смогу жить с человеком, похожим на Дэниэля, и не оказаться на его месте в течение нескольких месяцев.

У такого человека, как Дэниэль, не было времени на кого-то вроде меня. Он совершенно ясно дал это понять.

Наконец, мне удалось вытащить себя с дивана и перейти в свою студию, в свободную спальню. Я сложила свой мольберт и собрала все свои угли и пастели, готовясь к переезду…

… куда, черт возьми, мне идти?

Все это время я представляла себя возвращающейся в свою старую квартиру.

Дэниэль оставил сумку для ноутбука, сидя в гостиной, где он уронил ее, поэтому я вытащила компьютер и начала просматривать.

Когда Дэниэль, наконец, вышел из спальни, я ожидала, что он упакует всю мою одежду в коробки с алкоголем. Конечно, он этого не делал. Мне было интересно, ожидает ли он от меня этого.

Что напомнило мне — мне понадобятся коробки.

Пока он стоял перед открытым холодильником, уставившись, будто ожидая, что в последние несколько часов появятся какие-то неизвестные продукты, я услышала, как его телефон взорвался в кармане.

— Линдси, — сказал он, обернувшись, чтобы посмотреть на меня. — Привет.

Я оживилась.

— Ты собираешься быть в городе в эти выходные? Ну, это отличные новости. Только ты?

Я внимательно смотрела на его лицо, но оно почти ничего не передало.

— Конечно, ты можешь остаться здесь, — сказал он.