Он потянулся, чтобы ласкать меня, его пальцы потирали медленными кругами только там, где я нуждалась в них. Я издала небольшой стон, мои веки стали тяжелыми. Он попал в самое приятное место, и он это знал. Он внимательно следил за моим выражением, наши лица были так близко, что носы почти соприкасались.
Иногда мы играли в игры — веревки и наручники, притворяясь людьми, которыми мы не были. Иногда он подводил меня к краю, а затем снова и снова оттягивал, просто чтобы заявить о себе, чтобы напомнить мне, что я могу контролировать свое собственное тело, если он потребует этого от меня.
Но иногда не было никаких игр.
Иногда это были только мы, без выдумки. Никаких смягчений или извинений. Я бы не сказала, что я предпочитаю один путь другому, но было ужасно приятно иметь оба варианта.
Сегодня утром, это были только мы.
Он был моим мужем, а не моим боссом-миллиардером, который однажды пытался купить год моей жизни. Это было наше прошлое. До недавнего времени наше будущее было неуверенным. Но теперь было ясно, что больше нет необходимости в контракте, чтобы удержать нас вместе.
Я растаяла в его прикосновении, затаив дыхание и дрожа в его руках. Я никогда не понимала, как он мог свести меня к этому с помощью медленного, устойчивого ритма его руки, но я, конечно, не собиралась жаловаться.
Потом, в один лишь миг, я разбивалась вдребезги. Где-то посреди ошеломляющего удовольствия я почувствовала, как он вонзился глубоко в меня, в последний раз. Его открытый рот, соединяющийся с моим плечом с зубами, тонущими достаточно глубоко, оставил красную метку.
Когда я вернулась к жизни, Дэниэль улыбался и гладил мои волосы. Он поцеловал кончик моего носа, и я поморщилась.
— С годовщиной, — сказал он, его голос все еще не отошел от сна.
Я ухмыльнулась.
— Неужели уже прошел год?
— Я знаю, — ответил он, слегка ухватившись за горсть моих волос. — Это позор, не так ли? Ты мне больше не принадлежишь.
— Мы просто попросим вашего адвоката подготовить что-то новое, — сказала я.
Он усмехнулся, прижимая меня к себе и целуя меня в лоб.
— Я люблю тебя, милая.
— Я тоже тебя люблю, — пробормотала я ему в грудь.
Я закрыла глаза и просто вздохнула."
