"
"— То есть ты не собираешься молчать о случившемся? — вскинула я бровь, поглядев на белёсый, переливающийся в свете лампы камень в руках Роберта — кажется, именно его надевали мне под юбку!
Закрались подозрения, что Адальхарт не сегодня узнал, что я попаданка, но в голове было и без того слишком много мыслей и смятения, чтобы думать об этом сейчас.
— Это для подстраховки, Лера. Если вдруг Эскорт решит сделать из тебя жертвенного барана.
Рассказывай. Но сперва представься.
Роберт положил передо мной артефакт, который замерцал от его прикосновения молочным сиянием. И я начала.
Повторить рассказ уже после того, как узнала, что мне помогут, оказалось проще. Я уложилась минут за пять и, кажется, даже успокоилась, пока говорила.
Когда закончила, Адальхарт забрал камень и шумно вздохнул.
— Что теперь? — смерила его взглядом.
Роберт достал из ящика стола лист бумаги с драконьими гербами и медленно провёл над ним ладонью. Под его пальцами проявились надписи.
Он придвинул лист мне, и я увидела договор. Было сказано, что я передала показания против
Эскорта. Обязуюсь хранить тайну, временно играть роль принцессы Валери — жены Роберта
Адальхарта. С целью разоблачения врагов короны. За сотрудничество с властями получаю в награду жизнь и свободу. И в конце приписка: “Обязуюсь защищать Валерию Романову и соблюдать указанные в договоре пункты. Десница короля Мирии — герцог Роберт Адальхарт”.
С должности инквизитора сняли, значит, но десницей, правой рукой короля, оставили — хитрый у
Валери отец. И Роберт ему ни в чём не уступает.
— Подходят такие условия? — тихо проговорил дракон, обводя меня взглядом.
— Более чем. Только в каком плане играть роль жены? Ты захочешь подтвердить брак по-настоящему?
Глава 8
Роберт развернул к себе лист и, изменив что-то, вернул мне.
Добавилась бюрократическая фраза: “Играть роль фиктивной жены согласно стандартному договору о фиктивном браке“
— У вас и такой договор в стране есть?
— Есть, Лера. Я дам тебе почитать, если хочешь, — проговорил он. — В целом, там говорится о том, что внешне наш брак , но когда мы одни, — ты свободна. У тебя будет отдельная комната. Я
не потребую от тебя должен выглядеть, как настоящий.
Никаких супружеских обязательств. Не буду даже прикасаться. Обещаю.
Голос Роберт вновь понизился и сделался хриплым.
— Верю. Ладно, я должна подписать?
Роберт кивнул.
Я призвала магию и тоненькой искрой выжгла подпись. Получилось вполне аккуратненько.
Роберт оставил красивый вензель под своим именем и изобразил быстрый жест, от которого лист засветился белым сиянием.
— Что это? — вздрогнула я.
— Магическая защита от изменений и порчи.
Когда сияние стихло, мы поглядели друг на друга. Роберт выглядел, как истинный инквизитор: строгий, злой, чужой.
