Лицо его было хмурым и бледным. Губы сомкнуты в тонкую линию. И мне не верилось, что эти губы ещё несколько часов назад меня горячо целовали. Я очень хотела бы знать, что он чувствует. Что чувствовал тогда, когда мы были вместе.

Интересно, осталось ли у него в сердце хоть что-то тёплое по отношению ко мне теперь, после признания?

Но в тёмных, как омуты, глазах, невозможно было ничего прочитать.

Запищал Светлячок, и мы оба обернулись к котёнку. Он крутился возле небольшой лужицы.

— Прости... — прошептала я. — Он наверное, хотел в туалет, а я не сообразила.

— Ничего, — вздохнул Роберт. — Ты Анхора маленьким не видела, он доставлял куда больше хлопот.

Я поглядела на Адальхарта, закусила губу и покачала головой, изумляясь.

— Что? — вопросительно вскинул он бровь.

— Не думала, что ты... что ты такой.

— Какой?

— Понимающий, — произнесла я тихо. — Спасибо, Роберт.

Дракон взял сигару из пепельницы, вновь раскурил и строго поглядел на меня:

— Иди спать.

Я порывисто вздохнула.

Он сума сошёл? Кто в своём уме заснёт после признания и избежания смертельного приговора.

— Что? — спросил теперь уже Роберт.

— Да так, ничего, — дрожащей рукой подняла бокал и допила остатки виски.

— Возьми, — Роберт протянул мне свою сигару, и я расширила глаза.

— Нет, спасибо, я не буду эту гадость.

— один раз, — приказал он таким тоном, что невозможно было не послушаться.

Я втянула дым и ощутила, как в тот же миг сердце замедлило ритм, тело потяжелело, и разум заволокло тьмой. Я начала оседать, но Роберт успел выйти из-за стола и придержать моё тело, чтобы я не свалилась на пол.

— Что со мной? — прошептала я.

Голос, казалось, звучит издалека, из-под толщи воды.

— Это драконий табак. Он успокаивает. Сейчас ты перестанешь волноваться и поспишь.

Горячее дыхание дракона порхнуло по лицу.

Последнее, что врезалось в память — как комната поплыла, и лицо Адальхарта приблизилось ко мне.

Роберт Адальхарт, десница короля и больше не инквизитор.

Драконий табак не помогал. За последние дни он выкурил его уже целую бездну, и всё ещё не мог полностью усмирить дракона. Зверь бесился, рвался изнутри, хотел смять в объятиях сидевшую перед ним женщину и в то же время придушить. Он ненавидел тело принцессы, но желал его всем собой, потому что в нём была Лера. Дракон готов был сейчас просто сойти с ума от противоречий."

"Адальхарт ведь всегда был спокойным, взвешенным драконом, но теперь ему не помогали даже мощнейшие дозы драконьего табака. А как услышал про мужа, просто озверел! И как она только не заметила, что с ним происходит? Ещё и добила, что счастлива в своём мире!

Р:р-р!

И будто желая окончательно проверить на прочность его нервы, Лера соблазнительно закусила губу и ласково поглядела ему в глаза.