Я не хотела для него такой участи, ведь

Роберт замечательный мужчина и заслужил счастливую семью. И потому он, как минимум, должен узнать правду! К тому же Адальхарт — временно не инквизитор и, возможно, выслушает меня до конца прежде, чем везти меня в казематы и казнить...

— Лера, ты молчишь? Ты оставишь меня здесь? — прошептала Валери, затаив дыхание.

— Не оставлю, — проговорила я, призывая всю свою волю, всю свою доброту и милосердие. Я не элодейка, из-за меня никто не должен умереть. — Я помогу тебе, Валери.

— Ты там, Лера?! — Роберт решительно постучал в дверь.

Глава 3

— Лера! — прорычал Адальхарт, дёрнув ручку, но дверь оказалась заперта. — Отопри мне!

Я чувствовала, что он злится. Воздух сгустился от напряжения, и дыхание моё сделалось судорожным. Ох, не нравилась мне властность этого мужчины. Он привык, что женщина должна повиноваться любому его приказу. Захочет он тобой овладеть — ложись, не захочет — “отдохни, ты устала"".

Сколько мне стоило решиться, а он…

— Я знаю, ты там, — глухо проговорил дракон. — обиделась?

Не то слово!

И из-за собственной вредности я решила ещё немного посидеть в запертой каюте.

И, конечно же, назло ему не заговаривать с ним! Потянуть сладкие мгновения свободы, ведь.. ведь, когда предстану перед драконом, придётся ему во всём сознаться!

И только одному богу известно, что он со мной сотворит.

Однако, вино сделало меня смелой

Но отчего же так трясутся колени?

— Не откроешь? Тогда отойди в сторону, я открою сам, — раздался из-за двери грозный приказ, смысл которого не сразу дошёл до сознания.

— А-а-а! — взвизгнула я от жуткого грохота."

"Раздался треск сорванного замка, и дверь, вынесенная с петель, откинулась к стене.

В свете тусклых огней появился широкий силуэт Роберта с взъерошенными волосами и в распахнутом мундире.

Он решительно двинулся ко мне, я подскочила с койки и, прижав короб с котёнком, отпрыгнула к дальней стене каюты.

Я уже говорила, что она была маленькая и тесная?

Адальхарт вмиг настиг меня, схватил за плечи, развернув к себе, прижал так крепко, что я не могла дышать. Дракон вырвал у меня из рук пресловутый короб, который я охраняла, словно своего ребёнка. А потом... то, что произошло потом.

я говорила, что хочу сознаться?

Я забыла об этом в тот миг, когда жаркие губы его светлости накрыли мои.

Мои руки, упирающиеся ему в стальную грудь, ослабли, и пальцы жадно вцепились в ткань рубашки, скользя по ней и желая добраться до кусочка горячей кожи в прорези меж пуговиц.

По венам растеклось сладостное тепло, в животе затрепетали бабочки. Ноги ослабели, и голова пошла кругом от того, как упоительно он меня целовал. Яхта билась о волны, пол под нами ходил ходуном, и я бы точно упала, если бы Роберт не держал меня так крепко.