Весь следующий месяц считаю дни до нашей встречи и мысленно сажусь в самолёт, отправляясь к нему в Москву. Больше не радуют ни изучение языка, ни курсы по менеджменту и экономике, ни прогулки с Наташей и Тимуром, ни новые покупки – абсолютно ничего. Я безумно тоскую по Паше.
В один из вечеров, когда я сижу над учебниками, звонит сестра. Машинально прикладываю трубку к уху и закрываю тетрадь с конспектами.
– Приём, телепузик, – слышится довольный голос Ани, и на душе становится теплее. – Измайлов за такое по голове не погладит, но я представила, как ты обрадуешься, и мне стало плевать на его одобрение. Сдаю свежую информацию: Ярослав разговаривал сегодня с Пашей и тот сказал, что летит в Мюнхен.
– Шутишь? – хрипло выдыхаю я, чувствуя, как сердце пускается вскачь.
– Стала бы я так издеваться над твоей нервной системой? В твоём-то положении!
– Вряд ли, – соглашаюсь я и шумно втягиваю в себя воздух, не в силах унять дрожь.
Встаю с дивана и начинаю нервно расхаживать по комнате. Выглядываю в окно. Погода прекрасная, я собиралась погулять, но теперь не уверена, что покину стены квартиры. Буду ждать Измайлова.
– Мы, кстати, на днях возвращаемся с Ярославом из Мурманска, присматриваем себе жильё в Москве.
– Правда? Это радостная, но и одновременно грустная новость, – говорю я, хотя мыслями очень далеко. – Не знаю, когда вернусь в Россию.
– Не печалься, арбузик. Я прилечу через пару недель, ближе к родам. Скинь мне свежую фотку в полный рост. А лучше набери по видеосвязи. Так соскучилась по тебе.
Слышу, как в прихожей хлопает дверь, и машинально делаю шаг в её сторону.
– Ань, мне пора. Кажется, Паша приехал, – прощаюсь с сестрой, завершая разговор.
Твёрдо и уверенно говорить не получается, голос звучит тихо и растерянно. Я так ждала этой встречи! Почти два месяца! Мои чувства сейчас похожи на реку, вышедшую из берегов. Их так много, что затапливает всё вокруг.
Паша замирает, скинув ботинки, и его брови дёргаются вверх, когда он замечает меня, прислонившуюся к стене и наблюдающую за ним.
– Кто-то не выглядит сильно удивлённым, – расплывается в улыбке Измайлов. – Сестра сдала, да?"
"Я мечусь глазами по его лицу и не могу сдвинуться с места. Дыхание вновь учащается. Он надолго прилетел? Или через пару дней снова вернётся в Москву?
– Только что звонила. Почему ты не предупредил? – Вздыхаю и всё же делаю шаг навстречу, понимая, как морально измотана этой разлукой.
– А чёрт его знает, – пожимает он плечами. – Сказал бы заранее – ты была бы на иголках весь день.
– Ты же не улетишь? – шепчу я. – Останешься до родов, да?
Сердце быстро стучит, пока жду Пашин ответ.
– В тоннеле сейчас ремонт идёт.
