Преданно, с огромным багажом боли, вины во взгляде. Но кроме этого есть там и что-то другое. Мольба — нет, даже настоящий крик о помощи.
— Я звонил тебе, хотел предупредить, — произносит сдавленно.
Даже в такой стрессовой ситуации, мужчина, который мало что понимает в крохотных детях, подумал обо мне. Все, на что меня хватает, это кивнуть.
Ведем со Славой немой диалог, после которого я начинаю медленно, спиной вперед, отступать к выходу.
— Таня, не уходи, — просит. — Помоги мне. Пожалуйста.
Нет. Нет-нет. Ты не имеешь права меня просить об этом. По щекам текут слезы, я глотаю мерзкий ком, с трудом проталкивая его в глотке, и продолжаю пятиться.
— Ты нужна мне, — молит меня.
Качаю головой и шепчу едва слышное:
— Прости.
Позорно дезертирую. Наваливаюсь на дверь квартиры, чтобы закрыть ее. Хочется сбежать, но ноги не несут, будто налились свинцом. Тело вступило в немую схватку с мозгом.
Оседаю на пол прямо тут, у двери.
Обессиленно реву, всхлипываю, не стесняясь. Мне так жаль себя за собственную беспомощность, мне так жаль, что со мной случилось все это, мне так жаль… Если уйду, брошу его прямо тут — кто я после этого? У меня есть страх, да. Но там, прямо сейчас, за этой дверью, — мужчина, которому нужна помощь.
Вытираю слезы кулаком, размазывая тушь, не без труда поднимаюсь на ноги, с силой зажмуриваюсь и берусь за ручку.
Я должна с этим справиться. Я должна помочь дорогому для меня человеку.
Опускаю ручку и толкаю дверь.
Глава 36. Ты же моя девочка
Слава
— Почему она ушла? — спрашивает Злата и быстро-быстро моргает.
— Потому что боится, — оправдываю Таню.
Мысленно ищу отмазку для рыжей. И даже нахожу ее. Становится мне от этого легче? Определенно нет.
Она боится детей. Это ее триггер, а кто я такой, чтобы заставлять ее переступать через свой страх и ломать себя. Или чинить? Неважно.
Укачиваю на руках орущего Артема и обессиленно смотрю в потолок. Я умею ладить с детьми, но не с такими крохами, как мой племянник. Пару часов назад Влад огорошил меня: им с Аней нужно срочно улететь в другой город. Помочь с детьми было реально некому. Я согласился, полагая, что смогу договориться с парнем, которому от роду четыре месяца.
Я ошибся.
Поначалу все было неплохо, а потом Тему будто бы переключили. Врубили тумблер «Ор», и пошло-поехало.
Прижимаю к себе малыша и качаю. Я даже не знаю, правильно ли делаю."
"— Она боится того, как кричит Тема? — Злата понимающе кивает.
— Нет, — качаю головой.
Не хватало еще, чтобы Злата думала о брате плохо.
— Она вернется, — говорю уверенно.
Таня не сможет просто бросить меня тут. Наверняка она успела оценить ситуацию и поняла, что у меня беда.
— Она вернется, — повторяю больше для себя.
— Откуда ты знаешь? — удивляется Злата.
— Просто знаю, — я действительно надеюсь, что знаю.
