Хабиб знал, что некоторым мужчинам это наоборот нравится. Когда женщина словно пугливая птичка, нежная и непорочная. Но он к таковым не относился – наоборот каким-то медведем, увальнем себя рядом с ней ощущал. Тронешь и сломаешь. Голос повысишь, а она, чего доброго, и в обморок упадет. Или разревется…

А трахать ее такую как?

Хабиб хмурился, исподтишка наблюдая за невестой и примиряясь с новой действительностью. О том, что еще неделю назад его ничего не смущало, а сейчас вдруг так сильно коробило, старался не думать. Нельзя об этом думать было…Сразу становилось понятно, с кем он Патимат невольно так дотошно сравнивает, а это ни к чему хорошему не приведет.

Решено уже давно все. Он за столом у дядьки Вахида сидит, вся его родня рядом, а скоро это и его родня будет. Все, окончен разговор.

Тосты за Новый год, на который было уже столько планов построено, сыпались один за другим. Хабиб, толком и не спавший из-за Мадины, а потом еще руливший преимущественно по серпантину около трех часов, быстро хмелел. И чем пьянее он становился, тем сильнее его раздражали и тосты эти, и давящее молчание невесты.

– Как учеба? – он наконец повернулся к Патимат и посмотрел в упор.

От неожиданности она чуть поперхнулась. Испуганно отпрянула, бледнея еще больше и широко распахивая до неприязни невинные глаза.

– Хорошо, – тихо выдавила, будто он ее пытает, а не задает вполне обычный вопрос. Сглотнула и добавила, – Все госы на пять…

– Отличница, значит? – хмыкнул Хабиб, потянувшись к вину.

– Да, – потупилась Патимат и покраснела.

– А диплом про что писать будешь? – Хабиб решительно настроился ее разговорить. Может, и улыбаться начнет, если расслабится, кто ее знает…

– М-м…– Патя закусала губы и вид у нее был такой, что она сейчас разревется, – Там про новые методики в образовании…

Замолчала, подняла на него умоляющие глаза и вдруг выпалила тихо.

– Хабиб Мансурович, а можно мне работать? – и так моментально побледнела, будто сейчас в обморок упадет.

– Можно, почему ж нельзя? – фыркнул Хабиб, мысленно закатывая глаза. Да что ж она такая трепетная, а!

– Отец сказал, что не понравится вам. Зачем работать, если муж обеспечивает, – пробормотала Патя, отводя взгляд и уставившись в тарелку, – Вот я и…Спасибо.

Поджала губы, замолчав. Тихо кашлянула и принялась за лепешку, лежащую у нее на тарелке.

Хабиб же тяжело вздохнул, повернулся к девушке вполоборота, и подпер подбородок кулаком. М-да…

Нет. Никак. Смотрел он на эту трогательную девочку и вместе их не представлял. Разве что сразу к матери в Махачкалу отправить да забегать наездами. В принципе, так он ведь и думал сделать, если что, но…А как же дом крепкий как у дядьки Вахида, как у отца его. Получается, не будет у него этого всего.