Двойное подчинение

Подхватил ногу за бедро и стал насаживать на себя быстрыми, резкими толчками. Удовлетворённо прикрыв глаза, зарычал, вбиваясь в меня. Боже мой…

Я всхлипнула, понимая, что схожу с ума. Снова и снова схожу с ума. Никогда я не привыкну к этому, никогда не смогу не чувствовать этого жара, этой слабости, этого тянущего, томного, поглощающего меня желания, жажды отдаваться им, их похоти и их любви.

Пальцами он сдавливал мою голову, второй рукой держал за бедро и насаживал так сильно, что я невольно чувствовала его голод, чувствовала, как он скучал по мне.

Застонала, зажатая между двумя горячими телами.

— Скучал, — стоном с моих губ не вопрос — утверждение. — Теперь чувствую, что скучал…

— Ещё как, — в меня до предела, заставляя громко, несдержанно вскрикнуть. Ещё и ещё. Груди мои, накрытые ковшами сильных ладоней Антона ныли, тело пылало, каждая частичка меня томилась желанием.

Коротко поцеловав в губы, Денис убрал руку с моего затылка, и я тут же откинулась на Антона, обхватила его за шею. Он нашёл мой рот, я же изогнулась, впуская Дэна ещё глубже. Открылась для него, почувствовала язык Антона и ответила на поцелуй, ловя его, с наслаждением вбирая в себя вкус его губ.

Продолжая мять мою грудь, он опустил вторую руку на бедро. Провёл с нажимом по ноге, потом по животу. Кончиками пальцев обвёл пупок и опустил руку ниже, к клитору. Я вскрикнула, стоило ему тронуть меня.

— Ещё… — застонала я, стоило Дэну на миг остановиться. Понимала, что надолго меня не хватит, что пружина, закрученная внутри, вот-вот разожмётся. Они делали меня совершенно бесстыжей, они умели доводить меня до точки невозврата так быстро, что это напоминало безумие. С ними я была одним сплошным оголённым нервом."

"Смочив пальцы моей собственной влагой, Антон надавил на клитор сильнее, мягко потёр его и стал обводить по кругу, то нажимая, то слегка сдавливая.

— Дэн… — застонала я, подаваясь к нему.

— Да, моя сладкая девочка, — пальцы в бедро и толчок до предела, до упора. Вбиваясь в меня всё быстрее и быстрее, Дэн несдержанно рычал. Ещё толчок и ещё.

Пальцы Антона по клитору лёгкими, доводящими до экстаза порханиями, крыльями бабочки, до тех пор, пока меня не охватила дрожь. Настолько сильная, что я перестала слышать звуки, что я едва могла удерживаться за собственное сознание.