— Я просто счастлива, — прошептала я. — Просто счастлива.

Пальцы Дениса сжались сильнее. Антон поцеловал меня в волосы и глубоко вдохнул, а я снова шмыгнула. Сейчас я даже не могла представить себе другую жизнь. Не могла и не хотела. Да, пусть не каждый день всё между нами было гладко, пусть мы, как и самые обычные семьи, временами ссорились, да так, что доходило едва ли не до битья посуды, но… Я действительно была счастлива. Самым сердцем, всей душой, по-настоящему счастлива с ними. С ними и со своей семьёй, потому что они — эти двое мужчин, Андрей, Надя и моя сестра, были моей семьёй.

Верной и близкой. Семьёй, которую я не променяла бы ни на какие блага на свете. Не променяла бы и не променяю.

— Маша заедет к нам на обед, — спустя минуту, что мы так и простояли, молча смотря на дочь, сказала я. — Надеюсь, вы не против?

— С чего бы? — Антон погладил меня по ягодице. — Она у тебя умница.

Я с вопросом глянула на него, и Денис пояснил:

— Проект, что она ведёт, стал одним из самых успешных, Ань.

Я почувствовала некую гордость. Моя младшая сестра… Девочка, ради которой я когда-то была готова пожертвовать многим.

Девочка, из-за которой, в сущности, завязались мои отношения с этими двумя. Теперь она работала в компании одним из ведущих менеджеров, тогда как мы трое занимали руководящие должности: братья поровну вели дела, занимая посты генерального директора и его зама, я же была директором одного из департаментов, хотя на деле все мы плыли в одной лодке и решали одни и те же проблемы.

На том, чтобы я сидела дома, ни Денис, ни Антон не настаивали, и я была благодарна им за это. За возможность самореализации, за новые перспективы, за то, что понимали меня и давали мне право выбирать, право решать и право строить свою жизнь.

Право выстраивать нашу общую, одну на всех нас жизнь с её трудностями, взлётами и падениями, с горестями и радостями. За каждый миг, что я была самой собой рядом с ними, за то, что они не дали мне сделать ошибку. И я знала, что они тоже благодарны мне: за любовь, за детей, за наш дом и нас, таких, какие мы есть.

— Через сколько приедет Маша? — спросил Дэн, глянув на наручные часы.

— Через полчаса, — я нехотя высвободила свою руку из его. Поцеловала кончики пальцев и приложила их к губкам дочери.

Улыбнулась ей и причмокнула.

— Зайка моя, — склонилась и оставила нежный поцелуй на пухлой щёчке.

После обеда все мы вышли в сад. Антон, устроив на коленках дочь, покачивал её, сидя на скамейке, Денис с Антоном гоняли мяч.

— Кто бы мог подумать, что всё так завертится, — Машка оттолкнулась ногой от земли, раскачивая садовые качели, на которых мы устроились в некотором отдалении от остальных.

— Да, — выдохнула я, глядя на своих самых любимых людей. — Маш… спасибо тебе.