Он даже элементарные вещи сделать не может!

– Выйди, мы сейчас будем спать, – сказала я.

– Отнесу тебя на кровать и выйду.

– Сейчас выйди. Мне не нужна помощь.

Я позвала Рину к себе и вытерла грязную моську. На Исайю я демонстративно не смотрела, но чувствовала его присутствие. Он немного постоял, но потом все же вышел. Я переодела малышку в чистую футболку и еле поднялась с пола. На глаза навернулись слезы. Я пыталась их сдержать, но они сами просятся наружу. Горло сжимается от кома, не продохнуть. Я чувствую себя такой бессильной, беспомощной. Я ничего не могу сделать, чтобы заставить увидеть Катарину. Почему он так себя ведет? Это сейчас она пока еще крошка, а скоро она вырастет и станет задавать вопросы… Что мне ей говорить?

– Пошли, сладкая, сказку расскажу. Про принцессу и ее собаку, хочешь?

Мы ложимся на кровать, и я начинаю придумывать новую историю. Глажу свое сокровище по спине. Чувствую, что она уже скоро заснет."

"Катарина заснула, а меня снова цунами из мыслей и чувств накрывает. Я все время прокручиваю то, как Исайя ведет себя с дочерью. Неужели она заслужила такого отношения к себе? Неужели ему вообще плевать на нее? Зачем тогда привез сюда? Мог бы вернуть нас обратно. Мы бы забыли о нем. Не сразу. Но забыли бы… Он вообще думает о ней? О ее благополучии?

Я так сильно себя накрутила, что меня просто распирало от негодования. Сердце так гулко билось о ребра, что мне было больно.

Наверное, мне нужно успокоиться, продышаться. Я не должна лезть к Исайе сейчас. В запале наговорю лишнего.

Я пыталась быть взрослым, рациональным человеком.

Правда пыталась.

Но не вышло.

Когда дело касается моего ребенка, мне срывает все краны.

И вот я стою перед дверью в его кабинет. Точно знаю, что он там. Не утруждая себя, чтобы постучать, хромаю внутрь.

Иманов отрывается от бумаг и хмурится.

– Зачем ты встала? Надо было позвонить.

– Эффект будет не тот. Я пришла тебе лично сказать, что ты ублюдок!

– Принял к сведению, – спокойно отвечает. – Еще что-то добавишь?

А у меня чернота перед глазами. Мне снова так обидно за его дочь.

– Зачем ты привез нас сюда? Для чего? Чтобы и дальше игнорировать собственную дочь? Ты разве не видишь, как она тянется к тебе? А ты что? Ты просто игнорируешь ее, словно ее не существует! Хватит вести себя, как урод! Не смей ее игнорировать! Ты сам не знаешь, от чего отказываешься. Знаешь что? Иди ты в жопу! Мы уедем из этого дома. Можешь и на расстоянии игнорировать дочь, – я плевалась словами, словно ядом.

Меня так сильно трясло. Я хотела выйти из кабинета, но Иманов перегородил мне путь своей мощной фигурой.

– Пусти! Видеть тебя не хочу! – пытаюсь оттолкнуть мужчину, но делаю только хуже.

Нога простреливает болью, Иса, подхватывает меня, чтобы я не упала.