7
0Кончики пальцев неприятно покалывает — где-то вдали кто-то разжигает огонь, и я почти ощущаю его жар, улавливая направление, запах, текстуру.
А потом пламя гасят — слишком поспешно, буквально спустя несколько минут.
Ещё один караван? Случайные путники?
Снова закрываю глаза, убеждая себя не накручивать, но всего через несколько мгновений чувствую вторую волну тепла, уже ближе. На сей раз огонь вспыхивает и практически сразу гаснет."
"Я мгновенно сажусь и сбрасываю одеяло, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее. Кто бы это ни был, они продвигаются в нашу сторону.
—Орин, — я слегка трясу «братишку» за плечо. — Спрячься под телегой.
Отто, один из тех, кто сейчас «дежурит», дремлет, прислонившись спиной к телеге. Я тормошу его, прижав палец к губам, пока он зевает и пытается сфокусировать на мне взор.
—Что? — бормочет он, и я прижимаю ладонь к его губам, не желая поднимать панику и провоцировать нападающих, пока остальные не пробудились и мы не готовы.
—Здесь чужаки. Разбуди остальных, — сипло говорю я.
Обычно именно так, под покровом тишины, и атакуют разбойники, стараясь использовать эффект внезапности. Их может быть немного, но если охрана спит, урон будет катастрофическим.
Я подхожу к Дравнору, который спит на куче мехов, и тихо зову его и ещё нескольких охранников, в глубине души надеясь, что эта тревога окажется ложной. Но спустя пару минут лошади в дальнем конце лагеря вдруг тревожно всхрапывают, а с другой стороны доносится глухой, рваный звук.
— Просыпайтесь! — кричит Дравнор. — Берите оружие, кто способен, остальные под повозки!
Я разворачиваюсь всем корпусом к чащобе, обнажая меч и проверяя, достаточно ли свободного пространства вокруг, чтобы прикрыть спину и маневрировать.
В лунном свете из густой поросли выползает целая вереница фигур в тёмной одежде. Я замечаю блеск их оружия прежде, чем разглядываю самих нападающих. Они движутся почти бесшумно, загоняя нас в ловушку, хотя и видят, что все в лагере проснулись.
Неожиданная вылазка не сработала, но…
При виде их качественной экипировки и холодных взглядов меня бросает в холодный пот.
Я поднимаю меч, пытаясь просчитать траекторию удара: сначала нижний выпад, затем резкий взмах справа налево. Задеваю лишь краем лезвия. Второй выпад — противник напротив, чьи движения кажутся отточенными до автоматизма, мастерски отклоняется. Пальцы на миг немеют от внезапного удара рукоятью по запястью: это уже другой нападающий, и я заставляю себя перехватить эфес.
