Он так быстро стал независим и легко обзавелся собственными подчиненными, которых строил покруче земного прапорщика из сериалов - стоило только вырваться из-под обязательства оставаться со мной. И пусть речи Зэраса свидетельствовали, что он никуда не уедет, а останется в моем доме вместе с Дзэсом, несмотря на то, что семья все же не будет разрушена, меня все равно коробило...

«Это что же, уязвленное чувство собственной важности?» - мелькнуло в голове, и эмоции, казалось, окончательно превратились в стаю вспуганных птиц и заметались без всякой логики.

«Разве я такой человек? Разве я была такой?» - билось в голове, и эта часть разума не могла понять, как я могла причинять боль ребенку, пусть и во благо, как я могла быть задета кажущимся пренебрежением Зэраса, ведь тот всего лишь вел переговоры с существами, которые иного языка не понимали.

Другая же часть разума не видела в моих действиях и мыслях ничего предосудительного, ничего странного. «Как можно называть ведьмой великую русалку», - будто бы нашептывала она, - как Зэрас смеет строить какие-то планы и вести переговоры, не спросив меня? Почему не просится обратно в число моих подопечных немедленно?!»

Но больше было даже не мыслей, идеи улавливались с огромным трудом, больше было эмоций и чувств: мимолетных, ярких, запутанных.

То накрывала ярость, то гордость, то чувство вины и бессилие... они мешались в такой запутанный клубок, что было совершенно невозможно понять, что со мной происходит.

«Мне нужно в храм, немедленно», - единственная связная мысль появилась в разуме, но не исчезла, не мелькнула мимолетно, а запульсировала призывно, словно нерв больного зуба.

Мне нужно в Храм!..

Глава 76

Мы с Укерверсом вышли со склада, и я тут же покосилась на канал как на самый быстрый путь в море.

Зэрас позади все еще внушал что-то оркам - инструктировал на счет обратной дороги в степи, а я думала только о том, что, как только глава гильдии магов уедет, смогу скинуть платье и плыть, куда глаза глядят.

- Я рад, что все так хорошо закончилось, - заметил Укерверс довольно.

- Да, прекрасно, - ответила растерянно.

- Что ж, поехали тогда в порт?..

Я глянула на него растерянно, плохо соображая, о чем он. В Храм хотелось нестерпимо, эта мысль билась в голове набатом, разгоняя все другие мысли.

Хотелось ругнуться, но вместо этого натянула на дрожащие губы вежливую улыбку:

- Вы езжайте, у меня есть еще одно дело...

- Арина, это срочно! Вы немедленно должны открыть путь в порт, до рассвета осталось всего несколько часов!

«Он прав», - шептала одна часть разума.

«Мне нужно в Храм, немедленно! Все может подождать!» - билось набатом в другой.

- Я вернусь и сразу... - пробормотала, оправдываясь.

- Вы не забыли, что у вас суд через три дня? - уже почти рычал Укерверс.