Псы загнали дичь, соколы указывали направление – охотникам оставалось только следовать по подготовленному пути и крепко держать луки наготове. В общем, крайне увлекательно, да... Лучше бы в каллиграфии поупражнялась эти часы. Или в игре на скрипке. Обожаю играть на скрипке. Я даже несколько мелодий написала, но это не то, чем у нас принято хвастаться, так что мое достижение на обозрение не выставляется.
Я не заметила, как наша четверка – мы с сестрой, герцог и граф – отбились от общей группы. Кажется, отец погнался за косулей, а Тея зачем-то решила догнать его. Я же просто плелась в конце нашей процессии, думая свои хмурые думы. Вот что ей стоило держать свой язык за зубами и не лезть с просьбами к герцогу? А мне мучайся теперь. После того инцидента два года назад я не любила ходить в лес. Эти прогулки мы заменили походом на реку, которая протекала неподалеку от поместья и в другой стороне от леса.
Наверное, такое плохое настроение у меня было из-за дурного предчувствия. Отец как раз целился в бедное животное, когда из травы раздалось протяжное шипение. Своим приходом мы потревожили огромный клубок змей, гревшийся на солнце неподалеку. Это напугало лошадей, и они буквально взбесились. Мужчины попытались удержать поводья, но только еще больше пугали животных. Одна из змей добралась до лошади Теи. Я поняла это, когда животное взвилось на дыбы, сбрасывая испуганно верещащую всадницу на землю.
Моя лошадь лишь хрипела и шагала назад, высоко задирая ноги, но пока слушалась. А вот у мужчин дела обстояли хуже. Первым на землю повалился герцог. Следом за ним не смог совладать с животным граф. А для меня время словно замедлилось. Я видела, как взбешенные кони вставали в ""свечку"". Видела, как их копыта приближались к телам людей, лежащих на земле. Графу сломают ногу, герцогу пробьют голову, сестре перебьют позвоночник...
Я не успею помочь никому.
Внезапно крики стихли. На миг мне показалось, что я оглохла. В ушах стоял только звук собственного дыхания... а на выдохе все изменилось.
Лошадей снесло в сторону, изломанными куклами швыряя в ствол огромного дуба. Я опустила взгляд на свои руки – так и есть, они снова были покрыты черными узорами, которые сейчас тянулись от запястий к пальцам, обвивая их. Змей тоже слышно не было – вместо них траву усеивали клочки черного пепла. Это все сделала я? Полные ужаса глаза отца были мне ответом. Я этого не видела, но и лицо у меня сейчас тоже было покрыто черными узорами.
– Колдунья... – сдавленно выдохнул герцог, багровея от ужаса и гнева.
Я испуганно посмотрела на него, силясь хотя бы мотнуть головой, отрицая все. Нет, пожалуйста, не смотри на меня так. Я не чудовище. Я же... твоя дочь. Отец...
– Ты... – трясущаяся рука обвинительно указывала на меня, а в глазах стояла ненависть.
