Хотя это просто может спасти мою жизнь. Я так сильно желаю не хотеть его всего. И того, что он может сделать со мной.

Я опускаюсь на пол, прижимая колени к груди в жалкой попытке собрать себя. Мне нужно обхватить себя руками, или я могу развалиться. Просто чтобы убедиться, что я всё ещё здесь. Я трясусь так, словно у меня ломка. Вот мой наркотик, игла уже в вене, он прямо передо мной. Всё, что мне нужно сделать – принять его, и я получу кайф.

Мой разум пытается сказать мне, что он плохой парень, очень, очень плохой парень. Но я знаю, что он не плохой. Он просто тот, кто уничтожил меня, тот, кого я всё ещё люблю, и из-за этого разум пытается сказать мне, что он – неправильный.

Но моё тело просит меня не слушать, ссылаясь на то, что он – правильный.

– Пожалуйста, – я не обращаясь ни к кому конкретному. Может быть, к тем силам, которые пытаются разорвать меня на две части. – Пожалуйста, сделай так, чтобы я не нуждался в этом.

Джерард выглядит охваченным благоговейным страхом, и даже немного испуганным. Вот я, Джи. Вот Фрэнки, неуравновешенный, как никогда.

– О чём ты говоришь?

Меня привлекает его голос, как мотыльков – свет.

Мои глаза встречаются с его, я вглядываюсь в его расширенные зрачки и свет, который от них отражается. Луна.

– Почему ты это делаешь? – спрашиваю я его. Мой голос звучит грубо и резко, как будто я проглотил битое стекло. – Почему ты так со мной поступаешь?

– Фрэнки, пожалуйста, успокойся. Я не могу понять тебя, когда ты плачешь. Разве мы не можем просто поговорить?

– Поговорить? – мой голос звучит шокированным, что странно, потому что сейчас все винтики в моём мозгу вращаются с ошеломляющей скоростью. Я встаю и возвращаюсь на кровать, мои ноги так затекли, что удивительно, как я не падаю на пол.

– Ты хочешь поговорить со мной? Всё, что ты можешь – хотеть поговорить об этом? Как ты ушёл от меня без всяких, блять, объяснений? Или, может быть, мы могли бы поговорить о том, как ты погубил меня, и как заставил стать Невидимым. Мы могли бы поговорить о том, как ты оставил меня, бросил, когда я нуждался в тебе больше всего, Джерард. Я нуждался в тебе, а тебя, блять. Здесь. Не было.

Он вздрагивает и открывает рот, чтобы ответить, но я опережаю его.

– Я любил тебя, – говорю я ему, мой голос сочится злостью, несмотря на то, что из глаз продолжают вытекать слёзы.

Это, наверное, самые сурово звучащие слова, которые я когда-либо произносил, несмотря на эмоции, которые они в себе несут.

И он ошеломлён. Как будто я ударил его ногой в грудь, или обернул свои руки вокруг его горла и сжал.

– Ты... ты любишь меня сейчас? – спрашивает он. Неуверенно, будто боясь услышать ответ. С отчаяньем, словно ему необходимо знать, что я люблю его.

Я хочу сказать ему, что, конечно, я всё ещё его люблю. Что я никогда и не прекращал.