Всё это время боссы явно давали мне понять, что их интересует лишь бизнес и борьба за власть, а я закрывала глаза на очевидное… они не умеют любить.

Не знаю, разучились ли они, или никогда не умели, но факт остаётся фактом: я для них значу не больше, чем картонный стаканчик в Макдональдсе. Использовав, они выбросят меня и моего малыша за ненадобностью.

От этого внезапного прозрения в душе становится сухо и пусто. Моё сердце – будто выжженая земля, на которой больше ничего не растёт. Они вырвали с корнем некогда живые побеги моей привязанности, и теперь мне кажется, будто я навсегда останусь вот такой. Ненужной. Использованной. Несчастной.

Механически глажу свой живот. Пока ещё я не мыслю о своём ребёнке как об отдельной личности. Мой малыш – это часть меня самой. Лучшая моя часть. И я сделаю всё, чтобы никому не позволить растоптать это беззащитное существо также, как растоптали меня.

Машина выруливает на какое-то шоссе, и я откидываюсь на спинку сидения, прикрыв глаза.

- Куда едем-то? – басит Виталий с водительского места.

Я называю населённый пункт, откуда несколько дней назад меня увезли боссы.

Солнце стоит ещё высоко в небе, и вскоре в машине становится достаточно душно.

- Можно включить кондиционер? – тихо прошу я.

Виталий молча кивает и нажимает какую-то кнопку. На меня дует прохладой, но, к сожалению, ощущение того, что мне нечем дышать, никуда не уходит.

Я тянусь к шнуровке платья и слегка ослабляю корсет.

Хочется поскорее раздеться."

"Сбросить с себя этот дорогущий и теперь совершенно ненужный наряд. Хочется сжечь его! Я бы, наверное, так и поступила, если бы не мысль о том, что мне нужны деньги.

Не хочу просить у НИХ. Я их вообще больше даже видеть не хочу – не то, что разговаривать.

Мы едем уже больше час. Скоро покинем пригород и выедем на нужную трассу.

Впереди виднеется заправка, и Виталий притормаживает.

- Заправиться надо, - поясняет он. А сам при этом берёт в руки смартфон.

Машина останавливается в ста метрах от заправки.

- Почему мы остановились? – спрашиваю я, ощущая странное беспокойство.

- Сейчас поедем, - неопределённо отвечает Виталий, глядя в боковое зеркало.

Мы ждём ещё минут пять, но машина не трогает с места. Чёрт. Да в чём же дело?

Я начинаю волноваться о том, что, возможно, боссы пустились за мной следом, и хотят вернуть меня обратно насильно!

- Я… - говорю я, а голос дрожит. – Я, наверное, сама… - не представляю, куда мне идти в таком платье и без денег! Но всё равно дёргаю ручку двери.

Дверь оказывается заблокирована. Боже…

- Откройте дверь! – чуть ли не кричу я.

Внезапно дверь с противоположной стороны открывается, и в салон садится человек.

Сердце замирает, когда он поворачивается ко мне лицом.

- Добрый день, Дарина, - вкрадчиво говорит пожилой мужчина.