Что она вытворяет?! Сашка не понимала саму себя! Зачем она провоцирует этого дебила? Что, попытка самоубийства не удалась, нужна помощь?
Как в милицейском протоколе, озвученном Задорновым: «был застрелен при попытке самоубийства».
Но она не жалела! Наплевать!
Хоть крупица информации — руководит этими придурками некий Постный, в свою очередь, подчиняясь неведомому Шефу, который имеет какие-то свои интересы в отношении Александры. И если она правильно поняла, данный Шеф уконтропупил некоего Грыма и приказал беречь ее аки зеницу ока!
Серьезный мальчик!
Ну и что это дает? И так было понятно, что нужна она не этим дебилам!
Обстановку разрядил третий участник похищения.
— Что у вас здесь? — немного матерного фольклора, обрисовывающего ситуацию. — Бес, Скунс, ну на… пошли пожрем, потом с мужиком побазарим.
— Постный приказал без него не начинать! — напомнил Бес, пришедший в себя.
— Я смотрю, ты уже начал, — хохотнул третий, еще не обозначенный кличкой.
— Да она сама напросилась! — взревел Бес.
— Он тоже напросился! — завелся теперь третий.
Сашка помалкивала, внимая. Вот скажите: чего было сразу не послушаться хорошего совета заткнуться?
Братки вышли из комнаты.
Передохнем.
— Сань, — услышала она вполне бодрый и даже очень злой голос Ивана Федоровича Гурова. — Ты на учете в психдиспансере не состояла? Или у тебя с перепугу с головой что-то?
— Господи! Гуров, ты в порядке! — обрадовалась Сашка, всматриваясь в его разбитое лицо.
— Я да! Про тебя такого сказать не могу! Какого хрена ты его провоцировала?! — бушевал он.
— Для получения информации, — пролепетала Сашка.
— Да? — саркастически удивился он. — А я думал, тут садо-мазо, а я не у дел!
— Прекрати сейчас же!! — потребовала Сашка. — Он сказал…
— Я слышал, что они тут все говорили, и ты думаешь, что это стоило того, чтобы получить в челюсть? Через час приедет посредник заказчика для беседы с тобой, ты бы и так узнала все, что тебя интересует!"
"— Ты прав! Прав, конечно! Я не знаю, чего вдруг меня понесло! Но я не могла удержаться. Может, это от страха?
— Романова, а ты не могла бы бояться как-нибудь по-другому, без провокаций? — поинтересовался Иван Федорович.
— Я не знаю! Мне еще никогда так страшно не было! Иван, что с нами будет?!
— Ну, что… сейчас они вернутся и станут меня бить. Тебя бить вряд ли будут, но, возможно, когда приедет этот Постный, — рассуждал спокойненько подвешенный за руки на крюк Иван, — может, изнасилуют, получишь незабываемые воспоминания, реализовав заодно свои склонности к мазохизму!
— Да пошел ты! — возмутилась Сашка.
— Если ты обратила внимание, пойти я не могу.
— Зачем ты меня пугаешь?!
— Потому что возможен и такой расклад.
— Гуров, нас убьют? — простонала Сашка.
— Пока нет, но динамика хорошая.
