Жадно втягивает в себя мой аромат.
— Просто доверься, хорошо? — говорит. — У тебя было предостаточно времени, чтобы смириться с тем, что ты чувствуешь. А я успел забыть, каково это, когда ты даже дышать не можешь…
— Я не понимаю…
Его губы снова опускаются на мой рот.
Поцелуи воспламеняют, сбивают с толку, и будь я сильнее, я бы оттолкнула его, привязала к этой больничной койке и не отпустила бы, пока он не дал мне ответы на все вопросы. Но вместо этого меня выгибает дугой, когда, справившись с батником, Платон задирает мою футболку.
— Просто я не мастер говорить… — выдыхает он прежде, чем накрывает губами мой сосок. — Особенно о чувствах.
Сильный укус посылает по телу разряд тока. Голова кружится от потребности, радости, от того, что это его жесткое тело под моими руками. Что его сердце все еще бьется.
Он возвращается к моему рту, продолжая пальцами терзать грудь.
— Останься со мной, — произносит между поцелуями. — Мне мало оставшихся недель… Я не хочу, чтобы ты уезжала. Вот, что я пытаюсь сказать.
Сердце делает в груди кульбит. Смотрю в его горящие зеленые глаза.
— Ты это серьезно?
Кивает.
— Не обещаю, что со мной будет просто…
Он снова наклоняется к моим губам, тянет зубами нижнюю, так что по телу проносится волна сладкой дрожи.
— Но тебе точно будет со мной хорошо.
Я вдруг понимаю, что Платон успел одной рукой расстегнуть на мне джинсы. Его пальцы забираются под мое белье. Щеки горят, а призыв одуматься и не прибегать к таким откровенным ласкам сейчас, когда в любой момент сюда могут войти, так и остается невысказанным.
Стоит ему коснуться меня, и я больше не вижу причин сдерживаться. Мои бедра сами подаются навстречу его пальцам. Медленно поглаживая, Платон не сводит с меня глаз.
— Тот же взгляд… Я просто хотел увидеть этот взгляд, Лея… Больше ничего не говори. Сейчас мне достаточно даже этого.
Я все еще ничего не понимаю."
"Он углубляет поцелуй, повторяя пальцами порочные движения своего языка у меня во рту. Висну на его шее, обхватив ее одной рукой, и скрещиваю ноги за его спиной. Позволяя делать со мной все, что ему захочется.
Неужели все позади? Бесконечные сомнения, метания, отрицание и бесконечный страх быть отверженной… Неужели больше не надо притворяться, врать самой себе и всем вокруг, и просто наслаждаться ожившими наяву мечтами?
Платон точно знает, как подвести меня к пику. Его движения ускоряются, костяшки пальцев ритмично ударяются о самые чувствительные части моего тела, пока два его пальца…
— Лея, я все еще жду твоего ответа.
Его пальцы вдруг замедляются. Рука едва-едва движется у меня между ног, и от каждого случайного прикосновения меня подбрасывает, будто от удара током.
Сердце захлебывается, дыхание застревает в легких.
— Ты останешься со мной?...
