Если так выглядит «дворец дочери императора», то моя бабушка из родного мира — сама императрица. Ее деревенский дом, куда я часто приезжала ребенком, был ничуть не хуже. А уж сад-огород даже лучше!
Мой отец, император Лю Шань, прислал по такому случаю своих людей, чтобы они проверили документы и навыки тех, кто захочет устроиться на работу.
«Ладно, пока рано паниковать, — решила я про себя, — просто спрошу у всех желающих имена и сразу забракую того, кого будут звать Вей Лун. Проще простого!»
К назначенному времени ворота моего дворца открыли… и в них вошел один-единственный мужчина в черном длиннополом ханьфу — китайской традиционной одежде.
Пронзительным взглядом карих глаз прошелся по людям и остановился на мне. Словно водой окатил, я даже дышать невольно перестала. Чуть вытянутое лицо, выразительный нос, длинные черные волосы уложены волосок к волоску, брови вразлет, волевой подбородок и порочные губы. Он был один в один как актер, играющий его роль в дораме. А там всегда отбирают красавчиков. Но тут ведь не дорама! На улице жара, а у него даже кожа не блестит.
Уголки губ мужчины чуть дернулись, выдавая предвкушение.
«Вот черт! Он узнал меня… то есть Лю Луань!» По сюжету дорамы это была вторая встреча моей героини с Вей Луном. И на первой встрече она умудрилась ему знатно нагадить. Тогда на лице мужчины была повязка, так что он наверняка думает, что его личность осталась в секрете.
«Я тебя тоже узнала, придурок!» — захотелось ему по-детски показать язык.
Схватив Мейлин за руку, я оттащила ее в сторону.
— Где все желающие? — шепотом спросила я у нее.
— Принцесса, наверное, это все из-за слухов… — У девушки забегали глаза.
— Каких еще слухов? — Видя, что она тушуется, пришлось состроить строгое лицо. — Говори! Это приказ!
— Что стражников вы приказали казнить не из-за того, что в их комнатах нашли фальшивые деньги, а из-за того, что они посмели защитить вашу старшую сестру, когда на нее напали разбойники недалеко от вашего дворца!
Выпалив это, она попыталась бухнуться на колени и наверняка бы так и сделала, если бы я не удержала ее за руку:
— Не нужно…
Я задумалась, пытаясь осмыслить сказанное.
— Госпожа, уверяю вас, это все глупые домыслы. Я-то знаю, что вы ни за что бы не пошли на такое. Пожалуйста, не обращайте внимание на злые языки…
«Бедная глупая Мейлин». Она была единственной, кто до последнего оставалась верна своей госпоже. И даже после ее смерти утащила тело несчастной, чтобы похоронить.
При мыслях о трагической гибели Лю Луань стало не по себе.
