- “Мавр сделал свое дело, мавр может уходить!” - намекаю ему чтобы свалил.
Нехрен тут со своими фантазиями... У меня своих дохрелион!
- Юлия Юрьевна, - салютует ей Истомин. - Вы беременны, здоровы и выписаны. Но берегите себя, головокружения и токсикоз никто не отменял. И при кровотечениях всё же придется наблюдаться, чтобы нам не перепутать безопасные его версии с какими-то проблемами. Найдите гинеколога, которому доверяете.
- Спасибо... - растерянно бормочет она. - Боже... Спасибо, Костя! - льются у нее из глаз слезы.
Истомин смывается.
- Юлька... - ласково уговариваю ее. - Ну ты чего?! Давай радоваться! Мы беременны! Домой поедем, пир закатим с персиками твоими. Хвастаться будем… Я сам себе завидую! Любимая… сын… дочка… Да я только мечтать мог!
- Я радуюсь... - рыдает она. - Это просто гормоны… Я теперь всю беременность рыдать буду.
- Ну рыдай, ладно, - соглашаюсь я, целуя ее пальчики.
Мне звонят. Операция...
- Поспи пока под присмотром Кости. Вечером тебя заберу.
Глава 43 - Подстава
Глава 43 - Подстава
Набираю несколько препаратов в шприцы.
- Мне плохо... - надсадно дышит пациентка.
Поднимаю на неё взгляд. На лбу испарина... Ведёт расфокусированным тревожным взглядом.
- У Вас паническая атака? Вы боитесь операции?
- Я очень боюсь наркоза... Мне кажется, я не проснусь.
- Ну что Вы, мы в ответе за тех, кого усыпили! - шучу я, пытаясь расслабить пациентку. - Проснетесь, как огурчик. Я же как Баба Яга, стою на границе двух царств Яви и Нави. Провожу вас за ручку и за ручку выведу. Похож? - улыбаюсь ей.
- Не очень… - пытается улыбнуться в ответ. - А вот хирург мой… вполне на кощея… тянет.
- Вас как зовут?
- Валентина.
- Давайте посчитаем немного, Валентина? На счёт десять Вы уже очнетесь прооперированной. Я Вас встречу. Хотите с музыкой? Какую музыку вы любите?
Подношу шприц к катетеру.
- Стойте! Минуту, пожалуйста...
- Хорошо. Давайте спокойно подышим.
- Хирург ждёт... - негромко подгоняет меня сестра.
- Мы скоро.
Валентина прищуриваться.
- Всё плывет...
- Рановато.
Вид такой, что сейчас отъедет.
Бывает, пациенты паникуют.
- Хотите анекдот расскажу?
Делает глубокий тяжёлый вдох. Что-то размазанно мямлит в ответ.
- Борис Егорович! - торопят.
Наклоняюсь над ней, заглядывая в глаза. Тень падает на лицо.
- Нам пора.
Какое-то тревожное ощущение бьёт в живот.
- Хо-ро-шо, - соглашается она через силу.
Втыкаю препарат, медленно ввожу.
- Десять, девять, - подсказываю ей я.
- Восемь... Семь... Шесть… - зажевывает слова.
Остаётся пара кубов.
Ощущение тревоги нарастает. И вдруг бьёт под дых.
Зрачки! У нее не сузились зрачки, когда я отстранился и на них упал свет.
Рука моя вздрагивает. Я торможу с введением последнего кубика комбинированного препарата.
- Пя-я-ять... - тянет она, закрывая глаза.
