– Верно как дважды два, – закивал Дима.

– В почтовый ящик кладут первый диск, – продолжила я, – потом второй, третий. Федор сразу бежит к Полине Юрьевне, та, испугавшись, обращается к Олегу Ефремовичу. Селезнев приказывает службе безопасности разобраться. А тут Федору звонят из милиции, куда таинственным образом тоже попала запись убийства. Бондаренко допрашивают, Полина Юрьевна впадает в панику, следователь Эдуард Кузнецов начинает понимать: что-то тут не так, слишком странно ведут себя и муж погибшей, и свекровь. До Селезнева тоже доходит: дело нечисто.

Олег Ефремович живо укладывает Федю в клинику. Кстати, вот почему я не смогла дозвониться до парня. Собственно говоря, это все! Расчет Оксаны не оправдался: Крюков не вылез наружу из души ее мужа, Федя по-прежнему мил, спокоен и собирает пазлы. Но Елене Фрол – Оксане Бондаренко все же удалось разворошить осиное гнездо. Кто-то дал указание нашей бригаде заняться делом о похищении бухгалтерши. Но я не знаю, кто он и почему его взволновала судьба жены Федора.

– Это не в твоей компетенции, – сухо обронил Чеслав.

Я кивнула:

– Конечно. Последний вопрос, на который я могу дать ответ, – где Оксана? Она в «Лучших временах», прячется в избе у Домны, одета, как Устя, их можно перепутать. Лично я два раза натыкалась на нее. В первый, решив, что вижу Устю, попросила помочь мне разжечь печь. «Устинья», надвинув платок почти до носа и растеряв всю свою говорливость, посмотрела на дрова, буркнула: «Они сырые», и живо ушла.

Но потом выяснилось: я засунула поленья не в то отверстие печи. Странно, что помощница не заметила столь явной ошибки.

Или она сама не знает, куда класть топливо? Еще более странно, ведь Устя помогает матери по хозяйству."

"Есть еще один момент, на который я обратила внимание лишь сейчас, когда Марта заорала: «Мне больно! Почему не предупредили? Теперь синяк будет». Хоть пистолет и стреляет краской, но доставляет неудобства тому, в кого попала «пуля». На моих глазах дочь Домны кашляла, ойкала и хваталась за грудь. Первый раз – когда я попросила ее разжечь печь, а второй, когда, убегая от собаки Джея, я наткнулась на нее, а она спешно ретировалась.

Оба раза это была Елена-Оксана, которую слегка травмировал выстрел из пистолета. Не забудьте, в Марту стреляли один раз, а в нее два – сначала-то краска слилась с бордовой водолазкой, и пришлось переигрывать сцену, Елене досталось сильнее, чем Марте. А еще, когда я неожиданно зашла в избу Домны, на столе у хозяйки стояли ТРИ чашки. Зачем? Кроме того, Антон уверял Домну, что видел одновременно двух Устиний. Администратор, правда, сурово сказала ключнику, мол, прекрати курить траву.