Господи, он сказал это вслух. Вот так свободно и просто…

— Меня удивило, что прежде ты ни с кем не была не потому, что я считал тебя повидавшей жизнь из-за твоего прошлого, — он сделал короткую паузу. Качнул головой. Пробормотал:

— Но твою-то мать, даже будь это так, для меня это ничего не изменило бы.

В объявший меня невидимый костёр его слова рухнули целой охапкой сухого хвороста.

— Я просто не мог поверить, что такую, как ты, никто до сих пор не умудрился затащить в свою постель, — он усмехнулся, но с открытой горечью. — Господи, да ты посмотри на себя. Ты даже в этой дурацкий пижаме умудряешься выглядеть…

Он не смог договорить. Вместо этого раздевал меня взглядом, и остатки моего самообладания плавились, будто воск на полуденном солнце.

Наверное, на мне всё было написано. Потому что любые попытки продолжить разговор вылетели в трубу, стоило ему ко мне подойти.

Не встречая сопротивления, он подхватил меня на руки, и я уткнулась в грубоватую шерсть его свитера, пряча пылающее лицо скорее от себя, чем от него.

Наш короткий поход завершился, конечно же, в спальне — он опустился на царских размеров постель, я отняла голову от его плеча, и наши губы неминуемо встретились.

Окутанная мягким светом крохотных ночников комната растворилась, исчезла, растаяла.

Его руки нетерпеливо скользнули под мою просторную футболку, рассылая по коже электрический ток. Кажется, я начинала стонать и глотать воздух от одного лишь прикосновения.

И уже совершенно точно делала это, когда его пальцы нежно коснулись моей левой груди, огладили её напрягшуюся вершину.

Но я не успела прочувствовать остроту ощущения до конца — он прокинул меня на спину, и горячие губы уткнулись мне в солнечное сплетение, проложили дорожку до пупка и двинулись ниже.

Настойчивые пальцы потянули вниз широкую резинку пижамных штанов.

Я вытаращилась в потолок и едва слышно выдохнула:

— Ч-что ты де… делаешь…

— Извиняюсь, — шепнул супруг и продолжил сладкую пытку, окончательно освобождая меня от одежды. — И если этого извинения окажется недостаточно… я извинюсь так, как ты пожелаешь.

Не уверена, что я соображала, слушая его объяснение. И уже точно не соображала, когда он коснулся губами внутренней стороны моего бедра."

"Но я и знать не могла, что это только начало…

Глава 53

Сладкая и немилосердная тяжесть собралась в самом низу живота, доводя меня до исступления. Но даже сейчас, даже после всего, что успело между нами случиться, я непроизвольно вздрогнула от прикосновения его губ к нежной коже и попыталась закрыться. Из ниоткуда очень не вовремя взявшийся стыд стянул мои мышцы. Но большие тёплые ладони не позволили мне этого сделать.

Внезапно наши лица оказались вровень. Он склонился к моему уху.