Многие бросали на меня странные взгляды, пока я добиралась до спального корпуса Лиссы. Уроки только что окончились, и ученики носились по своим делам. Тем не менее стоило мне оказаться рядом, и все смолкали. Примерно та же картина наблюдалась, когда мы с Лиссой вернулись в школу после побега. Все глазели на нас, когда мы проходили через кафетерий.
Может, виновато мое воображение, но на этот раз все казалось хуже. Взгляды более потрясенные. Молчание тяжелее. В прошлый раз, мне думается, люди решили, что наш побег был просто выходкой. Теперь никто на самом деле не знал, почему я уехала. Из нападения на школу я вышла героем, тут же бросила учебу и исчезла. По-моему, некоторым товарищам Лиссы по спальному корпусу казалось, что они видят призрак.
Я здорово поднаторела в игнорировании сплетен и оценок и проносилась мимо зевак, не удостаивая их взгляда и перепрыгивая через две ступеньки. Добравшись до ее коридора, я перекрыла себе возможность воспринимать чувства Лиссы. Может, и глупо, но мне хотелось открыть глаза и увидеть ее воочию, не зная заранее, что она ощущает и о чем думает. Я постучала в дверь.
Адриан сказал, что видеть меня во сне совсем не то, что лично. То же относилось и к Лиссе. Одно дело – находиться в ее голове, и совсем другое – оказаться рядом с ней в реальности. Дверь открылась, и как будто некое видение материализовалось передо мной; посланец, спустившийся с небес. Мы никогда не расставались на такой долгий срок.
Она поднесла руку ко рту, широко распахнув глаза. Думаю, у нее было то же чувство, что и у меня, ведь ее даже не предупредили о моем приезде. Просто сказали, что я прибуду «скоро». Уверена, я показалась ей призраком.
И наше воссоединение… было такое ощущение, словно я вышла из темной пещеры, где провела почти пять недель, на яркий свет дня. Когда Дмитрий стал стригоем, мне казалось, я утратила часть души. Покинув Лиссу, я лишилась еще одной части. Теперь же при виде ее я подумала, что, может, душа моя еще исцелится. Может, я смогу продолжать жить дальше. Моя целостность восстановилась не на все сто процентов, но Лисса заполнила собой пустовавшую часть меня. Больше, чем когда-либо в последние годы, я чувствовала себя самой собой."
"Молчание, сотканное из миллиона невысказанных вопросов и недоумений, повисло между нами. Несмотря на все случившееся с Эйвери, многие проблемы, связанные с моим уходом из школы, оставались нерешенными. Впервые с тех пор, как я снова ступила на землю Академии, мною овладел страх. Вдруг Лисса отвергнет меня за все, что я натворила? Или, по крайней мере, накричит?
Ничего подобного – она заключила меня в жаркие объятия.
– Я знала… – сказала она, захлебываясь рыданиями. – Знала, что ты вернешься.
– Конечно, – пробормотала я, уткнувшись ей в плечо.
