Вдох. Выдох. Горькая усмешка уголком рта.

— Ты женился на другой, Тиррэн. Какие претензии? Я стала свободной, и устроила жизнь так, как посчитала нужным.

Его глаза расширяются на мгновение, вертикальный зрачок пульсирует, ноздри раздуваются, выдавая внутреннюю борьбу, но голос остаётся на удивление спокойным. Вот только лучше бы он кричал!

— Ты никогда, — проговаривает леденящим душу шёпотом, — не будешь свободной, глупенькая Эйви, потому что ты — МОЯ. Была. Есть. И будешь.

Он продолжает удерживать меня. Теперь ещё и второй рукой давит на поясницу, притягивая к себе. Вынуждая почувствовать низом живота его каменное желание. Вот только я не наивная девственница, которую можно смутить подобным.

И на его слова не отзывается ничто внутри.

Закрываю глаза. Открываю их снова. Устало смотрю на него и пожимаю плечами:

— Больше нет, Тиррэн. Давно уже нет. Четыре года как. Мне жаль, что так вышло с твоей супругой, но… Я-то замужем, если ты забыл. Так что убери руки. Пока я не позвала слуг.

Его лицо близко. Слишком близко. Сглатываю, чувствую на языке аромат миндаля и чёрного перца. Его аромат. Даже в ночной темноте вижу щетину на острых скулах. Та, другая Эйви из прошлой жизни знает, какая она наощупь.

Брови Тиррэна сдвигаются, образуя между ними вертикальную складку. Он подозрительно прищуривается:

— Ты его любишь? — спрашивает в лоб.

— Конечно! — отвечаю, не задумываясь.

Замечаю, как нервно дёргается его кадык. Мне не нравится его усмешка. Разве я сказала что-то смешное?

— Так же, как меня? — приподнимает левую бровь."

"Продолжает удерживать мою руку правой рукой, а левой спускается вниз с талии. Оглаживает бедро под тонкой атласной тканью, сжимает ягодицу, вдавливает в себя.

Его губы оказываются напротив моих. Расстояние — пара миллиметров. Я помню их вкус. Знаю, какими они бывают нежными и требовательными.

Способными на высокие признания и низкие непристойности.

И на жестокие вещи тоже.

Делаю вид, что расслабилась, чтобы усыпить его бдительность. Подаюсь к нему вперёд всем телом.

— БОЛЬШЕ, чем тебя, — выдыхаю ему в самые губы. — Ведь он отец моего ребёнка.

Глаза дракона вспыхивают всей тьмой Бездны. Он грубо отталкивает меня в сторону, и у меня с трудом получается удержать равновесие и не упасть.

— Верно, Эйви, и как я мог забыть? — проходит мимо, пока я пытаюсь отдышаться, не в силах поверить, что у меня получилось отбить его атаку.

Куда там! Не получилось.

— За этим я здесь. Не только в твои лживые глаза взглянуть. На мальчишку — тоже.

Каблуки Тиррэна бесшумно впечатываются в мягкий серый ковёр. Его силуэт стремительно удаляется. В свете луны светло-каштановые волосы кажутся почти серебристыми, а широкие плечи заслоняют весь просвет окна.