Больше половины я отправлю домой уже завтра. А у вас что? Зацепили?

Я окинул взглядом руки и увидел, что несколько царапин урки на них всё-таки оставили. И эти раны выглядели не очень хорошо.

— Кажется, немного, — ответил я, понимая теперь, что вовсе и не чувствовал дискомфорта из-за этих царапин. — Но ничего страшного. Я по другому поводу.

— Сейчас я вам дам специальный настой, протрёте всё тело, утром даже не вспомните! — он сделал последний стежок, и края раны сошлись так плотно, что её почти не стало видно. — Подождите секунду.

Я ждал. А попутно придумывал слова, с которыми можно было бы представить нашего нового союзника. Просто по реакции предыдущих людей, которые видели многоножку, я заключил, что большинство народу она своим видом отталкивает. Не знаю уж чем, ведь на мой взгляд она была довольно милой.

Так вот просто взять, вытащить её и сказать: «помощь нужна не мне, а моему другу» — будет, наверно, неправильным ходом. Поэтому я и хотел найти нужные фразы.

Тем временем Сергей Васильевич уже сходил к одному из многочисленных шкафчиков и принёс мне настой.

— Специально для вас оставил, ваша светлость, — сказал он, протягивая мне флакон. — Мне все уши прожужжали, как вы бились за нас. Это вообще редкость, когда лорд поднимает меч в защиту простых людей, — я молчал, выискивая подходящее время, чтобы вставить свою просьбу. — А царапины у всех загнивают, и это не странно, потому что зубы и когти у урок грязные, там какой только заразы нет, — он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

И я решил, что пора.

— Сергей Васильевич, у меня к вам есть очень деликатная просьба, — начал я, даже не сразу осознав, что меня можно понять абсолютно неправильно.

— Да-да, я слушаю, — ответил целитель, но потом добавил: — Нам нужно отойти?"

"— Дело не в этом, а в том, что я не хочу вас напугать, но мне действительно нужна помощь… — я замялся, подбирая слова. — Так сказать, моему другу…

— Вас где-то в укромном месте зацепило? — у Сергея Васильевича натурально раскрылись глаза.

— Да нет, — я всё-таки решился и сунул руку за пазуху, нащупывая там мохнатую многоножку. — Просто так получилось, что я спас одно существо. Но урки его успели ранить, и ему тоже нужна помощь.

С этими словами я достал тёмное и пушистое продолговатое тельце. Целитель сразу же побелел и схватился за сердце. Затем отошёл к одному из шкафчиков, открыл его, достал оттуда что-то и быстро проглотил.

— Простите меня, конечно, но я не ветеринар, — проговорил он, осторожно подходя к нам обратно.

Впрочем, он остановился на достаточно почтительном расстоянии от нас.

— Но ей очень нужна помощь, — сказал я, понимая, что не могу приказывать целителю, а могу лишь просить. — Она сражалась за нас, словно тигр. И пострадала из-за этого.