Так почувствовала себя увереннее и спокойнее. Но, черт подери, из глаз побежали слезы, будто это крепкое пожатие их выдавило. Полились они, соленые и горячие, из уголков глаз.
Крапивин кусал губы. То ли эмоции пытался в себе обуздать, то ли слова какие-то сдержать. Вытирал ее слезы, гладил мокрой ладонью по спутанным волосам. Катя собрала все силы, какие только могла в этот момент собрать, глубоко вздохнула, задержала дыхание и приказала себе успокоиться.
— Тебе уже идти надо? — спросила, чтобы отвлечься. Знала, что именно сегодня у него важная сделка. Он должен подписать соглашение по приобретению доли акций одной из канадских геологоразведочных компаний.
— Да. Ты заснешь, и я пойду. Еще заеду домой переодеться. Не успеешь проснуться, я уже вернусь. — Не знал точно, когда вернется в больницу, но разве мог обещать другое?
— Ладно, — слабо улыбнулась Катя. Ее губы порозовели, хотя щеки все еще были бледны.
— Отдыхай. Ни о чем не думай, постарайся заснуть. Тебе надо поправиться, а потом мы обо всем поговорим.
Она кивнула и закрыла глаза.
Будто у нее был выбор…Дима покинул палату, когда Катя уснула. Времени до начала совещания оставалось всего ничего. Позавтракать он точно не успеет. Но об этом не беспокоился: на работе выпьет кофе. Аппетита все равно не было, желудок и не напоминал о голоде привычными спазмами.
Вернулся домой, быстро принял душ, смыв с себя переживания бессонной и безумно тревожной ночи, переоделся и поехал в офис. Чуть задержался в пробке.
Без пяти минут десять подъехал к бизнес-центру, в котором располагалась штаб-квартира канадского подразделения,
— Дмитрий Олегович, все уже собрались. Ждут только вас. Что-нибудь случилось? — позвонила обеспокоенная секретарша.
— Я уже здесь. — Шел по коридору, который служил своеобразной обходной галереей — все помещения располагались вдоль этого остекленного фасада.
Без двух минут открыл стеклянную матовую дверь переговорной.
— Доброе утро, — приветствовал коллег и партнеров, внутренне скривившись: это утро никакое не доброе, оно адски мучительное. До сих пор в груди блуждал холодок, и дышать было трудно, будто легкие закаменели.
Переговоры по покупке акций канадской геологоразведочной компании, а с ними и право на разработку нового месторождения, велись с февраля. Поэтому завершающую стадию начали без особых церемоний, сразу приступив к обсуждению сделки и самого проекта.
— Опытно-промышленный этап отработки демонстрирует коэффициент извлечения на уровне свыше восьмидесяти процентов. Это отличный показатель при низкой себестоимости, — докладывал директор по развитию.
