Несмотря на спокойствие вокруг, обстановка слегка раздражает. Я испытываю неуемное желание отмотать назад и съесть свой ужин в номере, а не здесь, в ресторане, но менять решение уже поздно. Мой заказ приняли, заказ Лизы тоже.
Мы встретились в лифте. Эта случайность из разряда очень вероятных, наш график по многим пунктам совпадает. В течение полугода она постоянно под меня подстраивалась, и мой распорядок дня стал ее распорядком, так что пересечься в ресторане очередного отеля — для нас абсолютно бытовой случай.
По окну лупит дождь, который начался еще в обед. Я успел вернуться в отель. Пять минут случайного времени спасли меня от того, чтобы не вымокнуть до нитки, когда покинул летнее кафе.
— Какие планы после окончания переговоров? — слышу еще один вопрос. — Вернешься в Москву?
— Вряд ли.
— Я устала от отелей…
Я устал не меньше. От перелетов тоже. Я не был в своей московской квартире не меньше двух месяцев. Кажется, сейчас с разбега я не назвал бы даже ее адрес.
— У тебя будет время передохнуть.
В ближайший месяц она вряд ли мне понадобится, но я все равно оплачу его, так как понадобиться она может в любой момент.
— Да… Так чем займешься? Отпуск?
— Можно и так сказать…
Мысль, которая уже несколько часов разъедает мозги, слишком фонит, чтобы я мог полноценно сконцентрироваться на своей собеседнице.
Стучу пальцами по столу, сбросив на него монету, и тру ладонью подбородок, пока Лиза продолжает поддерживать беседу.
— Хочу туда, где нет людей. Только пляж и океан…
— Это быстро надоедает, — замечаю на автомате.
— Но ведь всем нужен отдых. Даже тебе…
На ее лице характерное выражение. Она достаточно уверена в себе, чтобы распознать интерес, и никогда не ходила вокруг да около, если дело касалось секса. Меня это более, чем устраивало, обеспечить ей ухаживания я бы не смог ни при каком раскладе, но закончил бы нашу “удобную близость” в любом случае, если бы девушка не сделала этого сама.
Я хочу трахаться, но ещё больше я хочу вернуться в свой номер один. Для реального отдыха мне нужен не просто секс или пляж, а все это в совокупности с женщиной, от голоса и прикосновений которой я когда-то отдыхал, даже сидя на ебаной пороховой бочке.
Это открытие — чертовски фундаментальное в моей жизни, но я два года к нему не прикасался. Я слишком долго жрал безвкусную реальность, поэтому теперь, когда это открытие снова выплыло на поверхность, избавиться от него можно, только отодрав от себя с мясом.
Оно зудит под ребрами, мешая быть рациональным.
Чтобы не звучать грубо, отвечаю, слегка улыбнувшись:
— Я не устал.
— Тогда давай займемся физкультурой? — посылает мне говорящий взгляд.
