У меня глаза на лоб полезли. Пополнение моего счета на приличную сумму и даже сообщение ""Спасибо за фотографии"". Это что, шутка?!

Алекс мгновенно оказался рядом со мной и заглянул в экран.

– Что и требовалось доказать, Лазарева, – невесело усмехнулся он.

– Да это какой-то конец света! Алекс, я этого не делала!

– Увы, никак не могу тебе поверить."

"Распахнув дверь, он холодно произнес:

– Кажется, тебе пора, Эвелина Алексеевна.

Да, мне точно пора! Бегом из дурдома, из жизни Алекса, из собственной сказки, разбившейся вдребезги. Когда-нибудь я обязательно разберусь в этой чертовщине, но сейчас видеть никого не хочу!

Я подхватила с пола туфли и выскочила в коридор босиком. Вихрем влетела в собственную спальню, и дверь за спиной мгновенно захлопнулась, а в замке повернулся ключ.

Что?! Меня заперли?!

Я подергала ручку и возмущенно крикнула:

– Громов, выпусти меня немедленно!

– Не делай глупостей, Колибри, – тихо сказал он, и я услышала удаляющиеся шаги. Он что, издевается?! Даже если бы я сдала прессе фото со стриптизом его любимой бабушки, он не имеет права ограничивать мою свободу!

Да что происходит, в конце концов?! Кто меня так подставил, и главное – зачем?!

Алекс тоже хорош – поверить в то, что это сделала я! Он даже не попытался меня выслушать!

Хотя внутренний голос нашептывал – подставили меня красиво. Тут любой бы подумал самое худшее. Но от этого злость на Алекса не стала меньше. Видимо, он меня совсем не знает, если ни капли не сомневается в том, что я виновата.

Да еще и запер! Может, и полицию вызовет?!

От усталости не осталось и следа. Мышцы до сих пор побаливали после ночного марафона (да-да, а не ночи любви, как я думала с утра!), но мне это не помешало быстро переодеться в джинсы и кроссовки. С каким-то тайным злорадством сбросила футболку Алекса и натянула свою. Выудила из чемодана рюкзак, с которым никогда не расставалась, запихнула в него ноутбук, упаковку линз и очки. Как хорошо, что последние мне пока не пригодятся.

""Мыльницу"" я положила в рюкзак к остальным вещам, а свой любимый фотоаппарат так и не нашла. Но Алекс не зря говорил, что в нем обнаружены эти чертовы снимки, наверняка он изъял его в качестве доказательств. Невыносимо терять верного друга…

Мне не жаль денег, жаль своего разбитого сердца…

Не знаю, что подвигло меня запихнуть в рюкзак еще и феечкины туфли. Вернее, одну туфлю. Пока бежала по коридору, вторую умудрилась обронить по дороге. Надеюсь, Антонова не обидится.

Кстати, надо бы ее предупредить.

Но Оксана Владимировна, как всегда, успела быстрее. Я нажала на кнопку после первого же сигнала.

– Эви, что происходит, лабутены тебя побери?!

– Сама хотела бы знать, – запыхтела в ответ. Открыть окно оказалось не так-то просто. – Я этого не делала, Ксюш.