Звук пощечины звенит в ушах. Он останавливается.

— Да что с тобой?! — обиженно вскрикиваю я.

Быстро дышу, пытаясь сообразить, что это сейчас было. И зачем он так…

И, одновременно, пугаюсь, что могла обидеть его этой пощечиной. Не знаю, что сказать… Заслужил!

Слышу, как он молча отходит. Под ногами шелестит замершая листва.

— Макс?

Шаги удаляются. Я одна? Он бросил меня тут??

Сползаю спиной по стволу вниз, садясь на корточки. Не верят в произошедшее, пытаюсь позвать его.

— Макс!

Вокруг тихо. Ощущения на теле от его рук — омерзительные. И то, что он бросил меня здесь… одну! Это как будто какая-то другая реальность.

Оглушенная сижу, пытаясь справиться с дыханием. Мне вдруг становится так плохо, что я даже не хочу ничего с этим всем делать! Макс внутри меня, вдруг, умер. Мгновенно. Прямо сейчас. И я как будто сижу рядом с его трупом. Потому что человека люблю, а человека больше нет! Ну, того, которого люблю…

Это так больно, что я даже дышу с трудом. Веду руками по опавшим листьям. Сползаю еще ниже ложусь на спину. И я лежу, не чувствуя ледяной поверхности. Где-то глубоко внутри надеясь, что он сейчас опомнится и придет. Будет извиняться. Уведет меня отсюда. Но ничего такого не происходит. Он не возвращается.

Все, чем я жила последний месяц — растворяется. В кислоте. Вместе с моими внутренностями. Мне не только больно, мне еще и очень стыдно, и стремно, что я попала в такую ситуацию, доверившись человеку. Словно это не его косяк, а со мной что-то не так.

Беспомощная, слепая дура. Папа был прав…

Хочется исчезнуть.

Не хочу возвращаться туда. И видеть из этих людей никого не хочу. Никогда больше. Вообще не хочу видеть людей.

Глава 27. Виноват

МАКСМузыка становится заметно тише.

— Внимание! — включается динамик над площадкой, где организована тусовка. — Максим Шагалов, Семен Решетов, Александр Кислицын, Агния Устинова, Маргарита Ким, Албанцева Яна, — доносится из динамика голос Аллы, все поворачиваются в нашу сторону. — Немедленно подойти к административному корпусу.

— Что за хрень? — переглядываемся с пацанами.

— Не к добру, — качает головой Саня.

— А чо мы сделали-то опять? — закатываю я глаза.

— Почему сразу — сделали? — озадаченно оглядывается Рита.

— Ну а почему в таком составе то дернули?

— Пойдем, узнаем.

— Девчонок, может, дождемся? — немного нервничаю я, что Мышка не рядом.

— Там встретимся. Наверняка они сразу пойдут к администрации.

Наша вампирская стая в развивающихся плащах идет к административному корпусу.

— Может исключительно вампиров позвали? — прикалывается Кислый.

— Не катит твоя теория. Тогда бы еще назвали Стоцкого и пару пацанов из параллели десятых классов.

Идем не по тротуару, а напрямую, через газоны и спортивную площадку.