И мне и в самом деле стало легче. Боль утихла, и я уснула.
Глава 8.
Утро началось рано. Впрочем, как и всегда в последние дни. Я месила, вымешивала, выпекала и так по кругу. Кафе у нас открывалось в обед, но вчерашние довольные посетители подтянулись сегодня с утра на завтрак. Поэтому мы в скором порядке открылись, застелили столы скатертями и принимали гостей. Я решила, что утреннее меню у нас будет легкое. Жареные яйца, салат, понравившийся овсяноблин и тосты с вареньем. Из выпечки как раз подоспели сладкие пироги и булочки, так что я разделила партию, и часть ушла в хлебную лавку, а часть в кафе.
Бедная Брунхильда. Она устала вчера не меньше меня, и сегодня у нее были круги под глазами от недосыпа. Я, впрочем, тоже выглядела не сильно лучше.
Острая боль от предательства Винченцо утихла и стала глухой, ноющей в груди. Да, я восприняла это как предательство и никак иначе. Он должен был мне сказать, что у него помолвка, свадьба или что у них тут в какой последовательности. Должен, но не сказал. Сразу же вспомнилось его удивленно лицо, словно он и не знал. Но если не знал, то и в этом случае почему не возразил ничего этому “слуге”.
Новость о грядущей женитьбе инквизитора прилетела к нам во второй половине дня. Это обсуждали за каждым столиком, это обсуждали посетители пекарни. При этом некоторые с любопытством посматривали на меня. Вот все же досужие сплетники отметили его интерес к моей персоне в свое время. Но я улыбалась, максимально безразлично пожимала плечами и лишь один разочек ушла в подсобку поплакать. После услышанного разговора двух почтенных дам, что пришли заказывать платье к швее и решили переждать нужное время в кафе.
— Я тебя уверяю, там приготовления идут полным ходом. В доме подеста яблоку негде упасть, — говорит одна дама другой.
— Неужели дочку его старшую отдадут за инквизитора? — с некоторой долей недоверия охает вторая.
— Уверена. Она у него гордячка, но красавица, — квохчет первая.
— А как же это они так быстро сговорились? — недоумевает вторая дама.
— Да что там, сговорились! — первая горделиво выпячивает грудь, всем своим видом пытаясь показать, что знает больше, чем местные сплетники. — Это король решил отблагодарить господина Торквемада за верную службу.
Я горько усмехнулась, странная у них благодарность, однако. Скорее уж как наказание выглядит.
— А что, большое приданое? — отзывается вторая дама."
"— Ха! Смеешься, конечно. Подеста уже и не чаял-то ее замуж сбагрить. Все от ее нрава шарахались, переборчивая сеньорита, — рассмеялась первая дама, налегая на булочки. — У него средняя дочь уже давно замуж просится за пунца. Помнишь, что в том году купил большой дом? Говорят, он его специально купил для невесты, хотел впечатлить отца.
