Градов сидел впереди, напряженный, но у него работа такая.

В окно смотреть надоело, я включила телефон, намереваясь немного почитать. Ехать оставалось не так уж и долго, когда в переднюю машину на полном ходу влетел фургон.

— Твою мать! — водитель держал дистанцию, но ее не хватило. Выкрутив руль, он съехал на свободную встречную полосу, чтобы обогнуть препятствие.

Схватившись за дочь, я резко обернулась: покореженный джип и фургон застыли посреди дороги, напрочь заблокировав полосу. Мы проскочить успели, но встречное движение возобновилось, и вторая машина сопровождения затормозила, их пропуская. Кто-то сигналил, кто-то бросил авто на встречной и бросился к пострадавшим. Сзади быстро росла пробка. Наш второй джип безнадежно отстал.

Чувствуя неладное, я крепко сжала ребенка, пытаясь ее прикрыть. Градов это никак не прокомментировал — бросил приказ водителю, мы не остановились, наоборот, прибавили скорости. Думаю, он был достаточно опытным, чтобы понять, что происходит…

Впереди дорога оказалась заблокирована: установили заграждения, на обочину накидали «ежей».

— Бей… — начал Градов.

— Нет! — я заорала как резаная, крепко обхватив дочь. — В машине ребенок!

Аня надрывалась от крика."

"Я зажмурилась, прикрыв автокресло — нечто подобное с нами проделали, когда меня забирали из кафе. Только сейчас скорость была намного выше. Я ждала удара, похолодев от ужаса, но его не последовало. Водитель резко нажал на тормоз, меня швырнуло вперед, на спинку кресла. Приложило хорошо, в голове помутилось, я думала только о том, что Аня пристегнута.

Параллельно с нами затормозила машина.

Я знала, какие приемы они любят — прошить машину очередью на ходу, например. Тогда машина превращается в железную ловушку, а все внутри — в фарш.

Но мы были нужны им живые.

Дверь в салон распахнулась, и мужчина в маске схватил меня за руку.

— За мной! — в другой руке был пистолет. — Ты оглохла?! Выходи из машины!

Глава 13

В первое мгновение я инстинктивно брыкнула ногой, пытаясь отбиться.

— Помогите!

Сзади закричала дочь…

Заревела в голос от ужаса, увидев, что на маму напали. Такого крика, полного жалости и страха, я от Ани никогда не слышала. От него душа рвалась на части, он взывал к самой моей сути.

И я дала себя вытянуть из салона.

Оказалась на улице, провонявшей пылью и выхлопными газами. Меня схватили за шею — захват, чтобы не вывернулась, но я исхитрилась обернуться. По сердцу полоснуло лезвием, когда я увидела, как надсадно ревет Аня, широко открыв рот, и протянув ко мне руки с растопыренными пальчиками. Увидела Градова, который целился в напавшего, но не стрелял. Мелькнуло его разочарованное лицо, выставленные в оскале зубы. Мной прикрывались, как щитом.