Закусывает нижнюю губу. От этого снова по телу пробегает горячая волна. Я знаю, как это называется, но даже себе не признаюсь.
Сам того не замечая, я протягиваю руку и слегка провожу пальцами по её щеке. Кожа нежная, шёлковистая. Она хмурится, но не отстраняется, всё так же смотрит в мои глаза. Я не могу прочитать в них эмоции, они чёрные, как ночь. Но мне кажется, что внутри неё сейчас война. Почему она ещё не влепила мне по роже — я не понимаю.
Я наглею и наклоняюсь, чтобы поцеловать. Именно это сейчас кричит моё сердце, а разум — вали отсюда! Но я его не слушаю, эмоции зашкаливают. Я хочу почувствовать её вкус. Мы слегка соприкасаемся губами, когда за спиной слышится окрик:
— Дэй! — это мой сосед Дима Остапенко.
Поворачиваюсь к нему, он идёт в нашу сторону.
Чёрт! А если он видел?
— Кто это был? — кивает в сторону кустов, когда подходит.
Я разворачиваюсь обратно, но Макс уже и след простыл.
У Димаса проблемы со зрением, вечером он вряд ли бы разглядел, кто это был.
— Никто, — пожимаю плечами.
— Ну да, — хитро прищуривается.
Он не сдаст, сам не без греха, но вся эта история сама по себе неприятна.
Ещё и вдруг нахлынувшие ниоткуда чувства. Это неправильно… Она моя ученица… Я не могу… Не должен…
Замечаю на скамейке пустую банку из-под энергетика. Надо забрать, пока директриса не нашла, а то весь мозг вынесет.
— Будешь? — протягиваю полную банку Остапенко.
— Давай.
Глава 7
Всю ночь не спала. Зря выпила вечером энергетик, сон, как рукой, сняло. Ещё и с Гордеем всё как-то странно вышло.
Зачем он хотел меня поцеловать?"
"А я, почему не оттолкнула?
Наоборот, стояла и, как дура, ждала его поцелуя. Даже от воспоминаний тело закололо, а в животе что-то свернулось. Я стояла, словно заворожённая, и смотрела ему в глаза. Видела, что у него расширились зрачки, дышал тяжело, прикрыл глаза, когда к щеке прикоснулся. Совсем легко, но обожгло будто огнём. Неожиданные ощущения, раньше ничего подобного не было.
Я не потеряла контроль, прекрасно соображала, но сделать ему больно не смогла. А шанс был. Вариантов, как наказать наглеца, много. Но не сделала, не отошла, не ударила. Потому что понравилось…
А ещё из-за этого придурка, Остапенко, сорвался мой первый поцелуй.
Скотина, не мог попозже появиться?!
Макс, ты соображаешь? Ты сейчас о поцелуях думаешь? Ты ещё о потере невинности начни задумываться.
Ты же всегда была против всяких муси-пуси.
А тут парень решил тебя поцеловать и ты поплыла?
Нет! Так нельзя! Это всё не твоё.
От них лишь одни проблемы. Так что выкинь вожатого из головы. Он не для тебя. Вернее, ты не для него.
Все эти мысли роились в голове снова и снова до самого подъёма. Сегодня суббота, днём должна приехать мать, привезти кое-что из вещей и то, что я просила.
