— Быстро и сильно!"
"Мы принялись энергично растирать Илью — я грудь и руки, Ричард ноги. Ткань была грубая, оставляла красные пятна на коже, но именно это и нужно было — стимулировать кровообращение.
— Зачем так грубо? — спросил Ричард, но не переставал выполнять мои указания.
— Нужно кровообращение восстановить, — объяснил я, не прекращая растирания. — И кожу высушить полностью. Каждая капля воды — это дополнительный холод.
Ричард кивнул и продолжил работу. Постепенно кожа Ильи начала розоветь — признак того, что кровь снова начинает нормально циркулировать.
Когда мы закончили растирание, я завернул Илью в сухие одеяла.
— Десять минут отдыха, — сказал я. — Пусть организм немного восстановится.
— Мужики! — крикнул я в сторону двери. — Водки принесите! Самой крепкой!
— Сейчас, Егор Андреевич! — отозвался кто-то, и через минуту Степан принес бутылку.
Пока Илья лежал в одеялах, я наблюдал за его состоянием. Дыхание было неровным, но становилось глубже. Лицо постепенно приобретало нормальный цвет.
— Как он? — тихо спросил Ричард.
— Лучше, — ответил я. — Но еще не все.
Когда прошло минут десять, я сказал мужикам:
— Несите его в парную, но на самую нижнюю полку.
Мы перенесли его в парную и уложили на полку. Здесь было значительно теплее, но не жарко — именно то, что нужно для постепенного согревания организма.
— Илья! — позвал я. — Илья, слышишь меня?
Он слабо застонал и приоткрыл глаза.
— Егор… Андреевич? — прошептал он.
— Да, это я, — ответил я с облегчением. — Как себя чувствуешь?
— Холодно… — прошептал он. — Очень холодно…
— Сейчас согреешься, — заверил я его. — Потерпи немного.
Я налил в кружку водки и поднес к его губам:
— Пей, — приказал я.
Илья с трудом сделал несколько глотков. Водка была крепкая, обжигающая — именно то, что нужно для внутреннего согревания.
— Еще, — настаивал я. — Нужно изнутри согреться.
Когда он выпил половину кружки, я взял тряпку, смочил ее водкой и начал обтирать ему руки, ноги, грудь.
— Что вы делаете? — спросил Ричард.
— Спирт расширяет сосуды, — объяснил я. — Кровообращение улучшается. Плюс согревающий эффект.
Ричард внимательно наблюдал за процедурой, очевидно запоминая методику на будущее.
После обтирания спиртом мы перенесли Илью на среднюю полку — там было потеплее, но все еще не слишком жарко.
— Мужики! — крикнул я. — Чаю горячего заварите! Самого крепкого! И меду добавьте!
— Уже заваривают, Егор Андреевич! — отозвался Степан.
Постепенно Илья приходил в себя. Дрожь становилась меньше, дыхание ровнее. Он уже мог сидеть, опираясь на стену.
— Как дела? — спросил я. — Чувствуешь себя лучше?
— Да, — кивнул он, хотя голос еще был слабый. — Тепло уже. Спасибо, Егор Андреевич.
