Маленькую девочку, судя по виду, едва умеющую ходить, в бежевом нежном платьице и легкой панамке.
Девочка весело улыбается двумя передними зубами, обнимает его за шею, а суровый мужчина тем временем достает из багажника машины стильную бежевую коляску.
— О, Анькины приехали… — комментирует происходящее Валентина Михайловна, — чего это они раньше времени? Обычно со смены ее забирают…
— Это ее дети? — удивленно раскрываю я рот. Не на девочку, конечно, тут все в порядке, но вот мальчик… Это во сколько же она его родила?
— Да, — кивает санитарка, — сын и дочка.
— Но ведь Аня же… — я не могу сформулировать фразу, так, чтоб поделикатнее, — ей же не больше двадцати пяти…
— Чуть больше, — смеется санитарка, — но да, ты права. Ванька приемный. А дочка родная. Да ты чего, не местная, что ли? Не знаешь, кто такая Аня?
Я только головой мотаю.
— О-о-о… А вот и Хазар, — Валентина Михайловна кивает на еще одну машину, как две капли воды похожую на первую, заезжающую во двор, — пошли-ка с глаз долой…
Хазар… Опять Хазар. Да что это такое, что меня это имя преследует-то?
Я не спорю, разворачиваюсь, чтоб нырнуть за санитаркой в прохладу приемного покоя, а навстречу мне идет Аня.
Киваю ей, торопливо скользя мимо… И все же, уже зайдя в помещение, разворачиваюсь, чтоб увидеть, как Аня подхватывает на руки радостно пищащую дочку, как улыбается им обоим веселый озорной Ванька, и как идет от черной машины очень знакомый мне черный человек, Хазар. Тот самый Хазар, который владелец фирмы, где работает моя сестра, и клуба, где я недавно так неудачно прибиралась…
А рядом с ним, отстав буквально на полшага, движется еще один мой знакомец. При виде которого, сердце начинает лупить в грудную клетку с дикой силой, так что даже больно становится.
И, в отличие от Хазара, не сводящего взгляда с Ани и ее детей, Каз смотрит на меня.
Глава 17
Ловлю на себе черный, внимательный взгляд Каза, торопливо отворачиваюсь и прячусь за Валентину Михайловну.
Какого черта он тут забыл?
Опять меня ищет?
Да вряд ли… Наверно, со своим боссом приехал…"
"— Вот Аньке делать нечего, от такого мужика бегать… — начинает бормотать Валентина Михайловна, неторопливо двигаясь в сторону лестницы на второй этаж, — и заботливый какой, и богатый, и детей любит вон как… А она все кобенится…
— От какого мужика? — мне неловко спрашивать и вообще сплетнями интересоваться, но информацией надо владеть. Слишком много вокруг меня непонятных и пугающих мужчин. А я и без того после Алекса от любых брюк шарахаюсь…
— Так от Хазарова же, — удивленно поясняет санитарка.
