— Зачем тебе потребовалось инсценировать свою смерть?
Громов улыбнулся:
— А как ещё я мог разобраться в этой истории? Не забывай, я профессиональный солдат! Что мне оставалось — прятаться по щелям? Ждать следующего покушения? Я решил всех опередить, выиграть время и разобраться. В этом городе у меня слишком много врагов. Только кажется, что в последние годы я ничего не делал. Делал, да ещё как! У меня свои принципы, от которых я не отступаю. Если мне что-то не нравится — я всегда поступаю по-своему. Меня нельзя уговорить, купить или взять на испуг.
— Вместо тебя в джип положили Кухаркина?
— Как ты догадался?
— В компьютере прочитал."
"— Черт, так и знал, что этой технике нельзя доверять! Мне казалось, я все уничтожил. Времени не хватило вывезти ящик из офиса. Да и надежда была, что никто туда не доберётся. Глупая, как я теперь понимаю, надежда… Да, мы использовали этого ублюдка. Дерьмово жил, так хоть смертью пользу принёс. Тебе его жалко? Не смеши! Знал бы ты, что он с детьми делал. По нему давно петля плакала.
— Но ты его наказывать не спешил.
— Всему своё время.
— Александра с тобой?
— Куда ж её денешь? Со мной, жива и здорова! А ты что подумал?
— Так и подумал. Не в ней дело, в ребёнке.
— Правильно, без матери его не оставишь, какая бы мать ни была. Тем более, она — не худший вариант. Дуркует от молодости. Ничего, за блядство её проучил — теперь будет шёлковая. Видел бы, как она изменилась…
Громов шёл, сложив за спиной руки. Смотрел строго перед собой. И много, нервно улыбался.
— Мамаев — твоя работа?
— И это сообразил? Мы ж его в другом районе убрали, я думал, ты и не услышишь ничего.
— Он с твоей женой путался?
Громов скрипнул зубами:
— Я этого Мамайку никогда за человека не считал. Представляешь, каково мне было узнать? Ладно б Сашка с дельным мужиком переспала — не так обидно было! Но с этим драным крючкотвором… Честное слово, я б его посадил на кол и с удовольствием бы придерживал, чтоб он не сползал слишком быстро. Только не надо его жалеть, хорошо? Кухаркин, Мамаев, ещё кое-кто — они, по-твоему, кто, мирные? Черта с два! За каждым столько дел…
— Санёк-то в чем виноват?
— Не, его мне не вешай! Я сам похороню своих мертвецов, но этот — чужой. Жаль пацана! Вот его, действительно, жаль. Полез куда не надо, вопросы стал задавать. За это его и зарезали. Грека и Румын. В сауне это было. Нож под лопатку — и в бассейн. Ещё и воду открыли, им, отморозкам дерьмовым, посмотреть хотелось, как она вытекает. Не видели никогда… А труп Лариска нашла. Сама чуть под раздачу не попала. Когда приехала, эти двое там ещё были, прятались от неё. Хорошо, она их не заметила! К ней в тот вечер гости солидные завалили. Они и порешили труп на пустырь оттащить, чтобы вопросов меньше возникало и чтобы ФОК лишний раз не светить.
