Беспредельщик

Киса, давай мириться, — голос Рината звучал громче и мне в нем слышались истеричные нотки.

— Я еще не остыла до конца, — буркнула я.

— Эй, девчонки, пыхнете с нами? — рыжий здоровяк Тимур достал коробок с травой. Покрутил его в пальцах.

— Мы с Ками пас. Мы мартини пили, — четко произнесла я. Не по наслышке знала, что мешать траву с бухлом говенная идея. Потом вся вечеринка крутится на вертолетах вокруг унитаза.

— Лили, я сделаю пару тяг, — завороженно глядя на коробок, сказала подруга.

Я лишь пожала плечами.

— Жду вас у бара, — крикнула я громче, и друзья закивали.

Я проталкивалась сквозь толпы обнаркоманенных тусовщиков к импровизированной барной стойке.

Затем выпила шот-коктейль с абсентом. И меня нехило накрыло.

Я подняла голову в потолок и увидела голые стальные рельсы. Они в хаотичном порядке торчали во все стороны. Сквозь дыры в крыше были видны звезды. Музыка оглушала и заставляла меня двигаться в такт.

Я вышла на танцпол и, продолжая взглядом сверлить обшарпанные балки с навешенными дискотечными лампами, начала двигаться плавно и медленно, ловя свой ритм в этом хаосе.

Большие ладони легли на мой живот. Ко мне сзади кто то прижался в танце. Начал двигать бедрами в один такт со мной.

Я решила, что это Ринат и закрыла глаза.

Хрен с ним. Я его почти простила. И секса тоже хочется, как выпью. А знакомый член лучше новых двух. Вроде так в поговорке?!

Я облокотилась на его плечо головой и вдохнула его запах. Даже сквозь сигаретный дым и смог от маскирующего пара, я почувствовала странные оттенки. Незнакомые. Смесь мяты и пряного яблока. Возможно табака и металла, и личный мужской запах, который был для меня чужой.

Но сильные руки меня не выпустили, а сильнее впечатали в себя. И я уверена, что задницей ощутила хороший такой стояк.

— Отпусти, — крикнула я и повернула голову, цепляясь в пальцы незнакомца и желая снять их с себя.

И тут же застыла в шоке.

Ядовитые зеленые глаза травили меня с высоты птичьего полета. Здоровый бугай, что схватил меня в капкан, был не кем иным, как Платоном Самойловым.

И хоть на нем и была извечная его маска, сегодня полностью черная, на поллица, я безошибочно узнала этого придурка.

Его глаза прищурились, а челка упала на лоб. Он смотрел на меня сверху вниз очень пристально и так зло, что у меня задрожали колени.

Он с силой впечатал меня в свое тело и байкерская кожанка с заклепками больно оцарапала мое декольте.

— Отпусти меня, козлина! — вскричала я ему в лицо.

Фрик наклонился к моим волосам. Его ладони крепко держали меня за лопатки.