Пока я не оказываюсь зафиксированной в унизительном положении. Пока они не ставят мои ноги в одном положении.
До моих ушей доходят шум и смешки. А еще рычание Рустама и его метания. Вены его вздуты до невозможности, в глазах стоит непроглядная тьма.
— Я здесь по поручению Эмина, и он разрешил мне воспользоваться твоей бабой, — ухмыляется бритый.
И садится на корточки рядом со мной. Прямо у разведенных силой ног. Лишь нижнее белье заставляет меня не умереть со стыда, но и оно скоро не станет преградой.
— Так, мы пошли на поиск ключика, — смеется бритый, и остальные подхватывают его мерзкий смех, — может, твоя девчонка сговорчивее будет, а?
Глава 47
Мерзавец пахнет сигаретами и алкоголем. На моих глазах он вытягивает руку и плюет на свой указательный палец. Демонстративно. Рустама доводя до горячки. Меня — до обморока.
Я вдруг понимаю, что сейчас последует. Я понимаю, куда и во что мы с Рустамом вляпались. Я, наконец, осознаю, чьей женой я стала. Женой того, кого люто ненавидят. Рустам молодой, богатый, влиятельный. И женщина у него красивая, которой грех не воспользоваться.
От этого осознания мне становится плохо. Дурно. Я пытаюсь дышать, но получается плохо. Пытаюсь жить, когда это почти невозможно.
Я кричу в чью-то сальную руку, пока огромный палец приближается к моим разведенным ногам. Он уже возле колена. Я кричу до хрипа. Мычу, пытаясь спастись. Соленые слезы обмазывают мое лицо.
Я лишь представляю, что он будет внутри, и меня воротит до омерзения.
Рустама уже не удерживают трое. Не могут, не получается. Он мечется как раненый зверь и почти вырывается из лап гиен, но на помощь троим приходят еще двое. И все начинается по новой.
Но я все равно умоляю Рустама спасти нас обоих. Нас троих. Умоляю мысленно. Взглядом расплывчатым. Я чувствую, как лапа главного впилась в мое колено. Демонстративно медленно он двигался к сокровенному.
— Босс, так она беременная походу, — смеется кто-то сверху, удерживая мое лицо прямо так, чтобы я видела метания взбешенного, но беспомощного мужа.
В тот же миг платье задирают выше. На живот падает чья-то огромная рука, заставляя меня съежиться в желании защитить и защититься.
— А срок приличный, — присвистывают с похотливой ухмылкой, — одно удовольствие такую…
— Все скажу, сука! Все! — зарычал Рустам, зверея в край.
Рустам дошел до кондиции. Он готов. Его до кипения доводили, чтобы узнать о Диане Шах.
— И даже ключик не надо искать? — ухмыляется главный, явно обрадовавшись такой находке в виде беременной женщины бандита, — беременную трахнуть даже пальцем в радость.
Я продолжаю мычать в чью-то потную ладонь, выбиваясь из сил. Главный тормозит, так и застыв рукой на моем колене, и в этой передышке я резко вспоминаю вчерашний день.
