Слыхал я, будто команда двух кораблей, что были пришвартованы в нашем порту, заболела, больше никто там не швартуется, но и тем кораблям велено оставаться на месте. Да и кто бы их принял, болезных? Не сегодня, так завтра паника у нас на севере будет, помяните мои слова. А что делать? Лекари говорят, что надобно сжигать трупы погибших, да только куда там! Разве ж кто из родных такое допустит? Лорд Белтейн говорит, что они держатся пока, но границы закрываются, все заразы страшатся…
Маркас кивнул, что всё понял, перевернул записку Лейва и что-то торопливо черкнул на ней, убежал во двор и вскоре мы услышали его отрывистые и резкие приказы о том, чтобы послали двух гонцов в столицу и в Дейтон.
Я в ужасе прикрыла глаза на мгновение – если всё так плохо, как я думаю, то Маркас прав – хлынувший поток беженцев не сможет остановить никто, кроме армии. Отец, который с трудом отошёл от шока и вновь обрёл возможность разговаривать, пробормотал:
- В прошлом году были слухи о том, что на побережье возле моря Бурь возникла вспышка холеры, но, мол, её быстро подавили после того, как выжгли пару поселений. Кто же знал, что она вернётся следующим летом? А мой сын? Как там Лейв? Быть может, он какое-то время проведёт у нас? Тут, в горах, жителей не так много, да и о болезни пока не слыхали…
- Милорд был здоров в то время, когда я покидал наши земли, - проговорил посланец. – Но его супруга слегла, её родители также не здоровы и лорд Лейв… он просил передать, что он останется с ними, не бросит жителей в такой момент…
Отец закрыл глаза, а я, с трудом подавив панику, вспоминала, что может спасти от холеры. В моё время она поддавалась лечению с помощью антибиотиков и солевого раствора. Боюсь, что при всём моём желании азитромицин синтезировать я не смогу… зато у нас нет проблем с чистой водой.
Отец, услышав такое, недовольно скривился, но промолчал – не мог же он во всеуслышание заявить, что простые жители – это ерунда, когда речь идёт о спасении собственной жизни. Зато были посланы гонцы во все стороны с предупреждениями о начале новой эпидемии.
Но больше всего лорд Свейн интересовался судьбой своих сыновей, разумеется. Ингвар, письмо от которого мы получили практически через пару дней, писал, что он со своей семьёй и домочадцами здоровы, но путешествовать сейчас – означает подвергать себя неоправданному риску, так что они переждут вспышку болезни в одном из небольших домиков неподалёку от границы с Аурелией."
"На дорогах стояли кордоны – жалкие заслоны для тех, кто убегает с насиженных мест в поисках защиты от холеры. В тех местах, где дороги сужались до одного только моста, солдаты просто разрушали их, надеясь, что это позволит остановить заразу, не дать ей распространиться на другие территории.
