Но это напоминает нам о том, что шутки-то кончились, и даже если нам очень не хочется, все равно нужно вернуться к обсуждению плана.

— Я даже не сомневаюсь, что Аурика жива и здорова, — напряженно произношу я и поворачиваюсь к Варду. — И о ней, кстати, тоже неплохо бы позаботиться, если ты собираешься все же рискнуть и туда пойти.

Он кивает, давая понять, что тоже об этом думал.

— Тут магия Фридера не поможет. Не просто так менталистов уничтожали во время военных столкновений первыми. Я тебе тогда не врал, Марика, — говорит Вард, глядя мне в глаза. — У драконов действительно правило, что от менталистов надо избавляться до того, как они применят свою магию. Хотя мне не нравится этот подход.

— Однако ж Аурика все еще жива, — строго произносит Фридер. — И я считаю напрасно. Эти правила написаны кровью.

— А если она под давлением мэра? — с сомнением произносит Рина.

— А если нет? Готова братом пожертвовать?

От слов Фридера по спине бегут не мурашки, мурашищи! Чувствую себя виноватой за то, что раньше не разобралась, что происходит с Аурикой. В конце концов, она пусть условно, но моя сестра, и если бы сейчас знать, на чьей она стороне, было бы намного проще.

“Да, как раз о ней, — вставляет свою реплику Руди. — Я летал сегодня, летал, а потом вспомнил!”

— Вспомнил? — настораживаюсь я. Почему-то почти стопроцентная уверенность, что мне это не понравится.

“Ага, — совенок взъерошивает перья и весь вздрагивает, давая понять, что эти воспоминания его не радуют. — Мужика того вспомнил, который все время с сестрой мотается”.

А вот это уже интересно. Вард накрывает мою руку своей и мрачнеет. Фридер с Риной переглядываются, ожидая, нашего перевода. Но я решаю сначала выслушать.

“Помнишь, как я… Ну это… К тебе прилетел?” — спрашивает Руди.

Кратко киваю, но воспроизводить в памяти тот день не тянет.

“Я тогда летал около приюта вашего. Там достаточно легко мышей ловить: их много, и периодически их гоняют. А я тогда ловлю, — рассказывает совенок. — А тут… Я что-то оказался на одной из веток рядом с открытым окном. Там этот мужик ходит по кабинету, злится, кричит что-то про плохого дракона, который должен приехать. Другие пытаются его успокоить, а он еще больше кричит. А потом, как заметил меня, оскалился. Говорит, что знает, что сделает с этой летающей крысой — убьет. Ну и пульнул в меня шар огненный. Я еле успел улететь”.

— Что он рассказывает? — спрашивает Фридер.

— Что мы правильно предполагали: все сложнее, и мэр — только пешка, — отвечает Вард. — И как только мы снимем мэра, они просто залягут на дно. Кто-то должен стать одним из них, главное, понять как.

— В этом может помочь мой брат, — внезапно раздается голос Марты от дверей столовой. — Он давно на них работает на мануфактуре.