Остальные защитники стены давно взялись за копья и топоры.

Копейщики теперь кололи под стену, а с особо настойчивыми врагами — разбирались топорами, едва башка появлялась над краем стены. И таких было всё больше и больше: бестии ломились на стену, словно обезумевшие.

Каждые двадцать-тридцать минут я отбегал включать ревун, чтобы остановить этот поток. В какой-то момент пришлось передать остатки патронов Пилигриму — он лучше стреляет. А сам я, как и большинство наших, схватился за копьё и топор.

Это был страшный бой… Я помню момент, когда подбежал к стене, хотел свеситься вниз, но прямо передо мной высунулась голова крупной бестии.

Бросив копьё, я попытался ударить по ней топором. Бестия увернулась, но я не сдавался. Я бил, бил, бил…

Под стальное лезвие попадали то лапы, то камень стены… Только с пятнадцатого раза я сумел попасть, куда надо, и проломить зверю череп. Хотелось спать, хотелось есть, а бестии всё не кончались и не кончались…

У многих от усталости тряслись руки и подкашивались ноги. Холод, словно сговорившись с дождём и ветром, съедали остатки нашей воли к победе. И только осознание, что если сдаться сейчас, всем нам будет очень больно — спасало людей от дезертирства…

Сбросив вниз очередную бестию, я вдруг понял, что дождя больше нет.

Не успел порадоваться этому факту, как с неба опустилась белая снежинка. Большая, крупная, мокрая… Она почти сразу растаяла, едва оказавшись на земле.

Но снег валил всё гуще и гуще… Дождь сменился снегопадом. Первым снегопадом в этом году. Он покрыл мир вокруг белым покрывалом. Он засыпал мёртвые тела бестий, оседал на ветвях деревьев в лесу, скрывал камни и кровь…

Наверно, впервые за эту ночь я позволил себе нормально оглядеться.

И даже посмотреть вдаль.

Сквозь пелену снегопада я отчётливо увидел, как уходят прочь несколько бестий… А потом — ещё… А затем, неожиданно, почти прекратились атаки…

До самого утра мы слышали, как где-то вдалеке пируют наши враги. Самое нетерпеливое зверьё подъедало своих же мёртвых сородичей — тех, кого им всё-таки удалось утащить в лес. Правда, досталось им немного: ещё пару раз они пытались утянуть добавку, но сами стали трупами.

А мы стояли и ждали. Снова дул ветер, разгоняя тучи и облака.

А когда небо на востоке заалело, выпуская первые солнечные лучи, бестии начали уходить…

Небольшими группами, где была пара матёрых самцов, самки и молодняк. Всё, что осталось от грозных ещё недавно стай…

Звери шли, пошатываясь под собственным весом. С раздутыми животами, с довольными мордами, они уходили зимовать в сторону гор…

Я обернулся на далёкие равнины. Там ещё царила золотая осень. Правда, видно было, что это последние тёплые недели. А тут, в горах, уже вовсю наступала зима.