Дима выходит на сырую траву, подставляя тело бездушным потокам грозового ливня.

– Пришел закончить начатое? - тихо шепчу, представляя, как он рвет на мне не прочную легкую ткань, снова душит и насилует.

– Ох, дорогая, - медленно двигается ко мне, а я продолжаю пятиться. - Все уже закончилось. Ты решила меня переиграть, не выйдет.

– О чем ты? - смотрю на него широко раскрытыми от страха глазами.

– Все уже закончилось, - Дима медленно достает пистолет из куртки и демонстративно трясет его перед моим лицом.

– В память о наших отношениях, я сделаю это быстро. Ты ничего не почувствуешь, - его тихий злобный рык эхом проносится в голове. - Наверное.

Что?!

– Почему ты это делаешь? Я тебе никогда не изменяла! - в сердцах проговариваю.

А он лишь зло смеётся. Его дикий, животный смех пугает меня куда больше, чем оружие в его руках.

– Я знаю, это не имеет значения. Прощай!

Он ничего не хочет и не будет мне объяснять?! Моя жизнь вот так глупо сейчас оборвется? Не понимаю, зачем человек так со мной поступает. Но, наверное, он прав, это уже не имеет значения.

Закрываю глаза, подставляя лицо мощному непрекращающемуся дождю.

Слышу тихий угрожающий рокот справа.

Открываю глаза и в этот же момент замечаю, как Рамзес с оскаленной пастью вцепляется в ногу мерзавца. Мое сердце замирает.

Дима орёт не своим голосом. Рамзес принимается мотать мордой из стороны в сторону, точно намереваясь разорвать Диму в клочья.

Кошмарные нечеловеческие вопли Димы разносятся вокруг.

У меня и в мыслях не было останавливать Рамзеса ровно до той секунды, пока я не вспомнила про треклятый пистолет в руках моего бывшего.

Я кидаюсь на Диму, не боясь попасть за свою жизнь. Дима отшвыривает меня в сторону словно тряпичную куклу и делает оглушающе громкий выстрел по собаке.

– Рамзес!!! - кричу я и не узнаю своего голоса.

Пес падает, протяжно жалобно скулит и продолжает пытаться дотянуться своими мощными челюстями до Димы.

– Мерзкое животное, - мужчина стоит, держась на свою ногу. С пренебрежением смотрит на пса, после чего наводит на него пистолет.

– Прошу, нет! - в сердцах взмолилась я.

Но Дима смотрит на меня, лежащую на земле, сверху вниз. Его лицо расплывается в жуткой усмешке, и он, глядя мне в глаза, делает еще два выстрела. После чего Рамзес замолкает.

Несмотря на то, что по моему лицу стекают потоки воды, я чувствую, как глаза наполнились жгучими слезами.

Рамзес еще еле заметно шевелит передней лапой. Я не в силах встать, подползаю к нему по растекшейся грязи и кладу руку на тело пса, пытаясь прижать рану.

– Почему, почему ты это делаешь?

– Мерзкий пес, - Дима пренебрежительно отряхивается, словно не он тут злодей.

Пес издает жалобно пищащий звук. А я ничего не могу сделать, чтобы облегчить его боль.