Сползаю с кровати и торопливо поднимаю свой халат с пола, укутываюсь в него.
Захар, несмотря на вчерашнюю попойку, выглядит так, будто даже пробку не нюхал. Он тоже натягивает на себя вещи.
— И что мы скажем Алене? — нервно спрашиваю я.
Захар хмурится.
— Ты так трясешься, будто левого мужика в дом притащила. Успокойся. Она моя дочь.
И правда…
Но за столько месяцев я успела отвыкнуть от присутствия мужчины в коттедже.
Суворов открывает дверь.
Встречаемся с Аленкой возле входа в мансарду.
Если бы я не услышала ее голосок, она бы точно застукала нас в постели.
— Папа, привет! — приятно удивившись, пищит дочь. — Что ты делаешь в мансарде?
Наклонившись, Захар подхватывает Алену за подмышки и поднимает на руки.
— Там крыша в углу подтекала, мама попросила починить.
— Ого, — трется щечкой по его колючей щетине, — ты супермен!
— Аленка! — с лестницы раздается голос Риты. — Ты куда убежала? — но когда Рита видит Захара, стопорится. — Ой… Доброе утро, Захар Олегович.
— Здравствуй, Ритка.
— Алена увидела вашу машину из окна спальни. Обрадовалась очень."
"— Папа чинил крышу! — гордо заявляет Алена.
Однако по моему лицу няня могла догадаться, что с утра пораньше Суворов здесь отнюдь не ремонтом занимался.
— Пойдем, малышка, нужно собираться в садик, — тактично говорит Рита.
— Нет! — хмурит бровки прямо как папа.
— Алена, — подключается Захар, опуская ее на пол, — тебе нужно в садик.
— Не хочу-у-у, — надувает губки. — Если я уйду, вдруг ты тоже уйдешь?
Не зная, что ответить, Суворов бросает на меня короткий взгляд.
— Он… дождется тебя, — с заминкой шепчу я. — Не переживай.
— Тогда ладно! — повеселев, Аленка берет няню за руку.
Девочки уходят.
Выждав небольшую паузу, мы с Суворовым тоже разбредаемся по дому.
Он скрывается в ванной, я первым делом иду к телефону.
Не проспала — и на том спасибо!
Умывшись во второй ванной, собираюсь на работу.
Крашусь, сидя за туалетным столиком, когда Захар заходит ко мне в спальню. Точнее, нашу бывшую спальню. Он так осматривается по сторонам, будто видит ее впервые. Проводит рукой по кровати, переставляет декоративные фигурки на полочке.
— Ты сменила шторы?
— Да, графитовые навеивали тоску.
— И картин здесь не было.
— Не было.
— Тебе же было жалко портить стены дырками…
— А теперь нет.
Он садится на кровать.
— На работу собираешься?
— Да.
— Может, отпросишься? Неохота ждать Аленку одному… раз уж ты разрешила.
— Ты же знаешь, что это невозможно.
— Почему? Кирияниха не отпустит?
— Не отпустит.
Дернув бровью, Суворов берет мой смартфон.
— Что ты делаешь? — подскакиваю с пуфика. — Ты ей звонишь? Не смей!
И тогда Суворов снова встает. Прыгаю возле него, пытаясь выхватить телефон, но не успеваю.
— Эльвира? — басит Захар.
