– Рука сорвалась, – сказала я сквозь зубы, а потом добавила, не отрывая взгляда от дракона: – Хильдика, выйди немедленно.

– И спрячься? – насмешливо закончил Рихард, зачерпывая ладонью воду и смывая кровь. – Думаешь, от меня можно спрятаться?

– Думаю, что моей жене не следует слушать оскорблений, пусть даже до оскорблений унижается верховный король, – я ждала, что он вот-вот нападёт на меня, и готовилась отразить нападение.

– Это была шутка, – грубо ответил король и поднялся в полный рост. – Подай ополоснуться. Всё, накупался.

Вода, к слову сказать, теперь скрывала его только до колен, и стыдливая Хильдика тут же отвернулась, спрятав лицо в ладонях. Уши у неё был пунцовые.

– Не слишком удачная шутка, милорд, – ответила я, ополаскивая короля со всех сторон. – В наших краях шутить не любят. Мы – народ серьезный.

– Оно и заметно, – проворчал Рихард, выбираясь из ванны.

Я подала ему простыню, но он не взял, продолжая стоять. Вода стекала по смуглому гладкому телу, будто сделанному из темной меди, и я сообразила, что король ждёт, пока я буду его вытирать. Похоже, не слишком его величество рассердился из-за удара по драконьей морде. Или поверил, что всё получилось случайно, или понял, что получил за дело. Или попросту затаил злобу, чтобы при случае отыграться. Но я чувствовала себя правой во всем статьям и пунктам. Любишь зубоскалить – готовься получать по зубам."

"– Чего ждёшь? – король оглянулся на меня через плечо. – Мне так до ночи стоять? Сушить коки на ветру? А, принц Альбикокко?

Казалось, дальше краснеть уже было некуда, но Хильдика умудрилась.

– Если вы будете разговаривать так же и при моей сестре, ваше величество, – сказала я, набросив простыню на плечи дракону, – то вряд ли произведёте на неё впечатление. Моя сестра – нежное создание, и грубияны ей не по нраву.

– Женщины во все времена любили сильных мужчин, – отрезал Рихард, и от его показушной вежливости не осталось и следа.

Теперь он обращался ко мне на «ты», посчитав, видимо, что миндальничать со мной больше нет смысла.

– Сила и грубость – это разное, – заметила я, вытерев ему спину и переходя к груди.

– Предоставь судить это женщинам, – буркнул король.

Я промолчала, чтобы разговор опять не перетёк в то русло, где в ход пойдут медные ковши. Вытирая широкую грудь короля, я сдвинула его бороду и заметила шрам – крестообразный, прямо на ярёмной впадине. Шрам был старый, но судя по неровным краям – когда-то здесь была опасная рана… Возможно даже – смертельная… Но говорят, что драконы неуязвимы…

– Одеться, – последовал новый приказ от короля, и слуги, наконец-то, появились рядом, поднося свежее бельё, рубашку и камзол.