Алекс не страдает такими комплексами, поэтому он пробирается по коридору из своей Восточной спальни и наслаждается вялым ворчанием Генри.

Они просыпаются полуголыми в тепле собственных тел, пока первый осенний холодок прокрадывается снизу под кружевными занавесками. Низко мурлыкая себе под нос, Алекс прижимается всем телом к Генри под одеялом: спиной – к груди Генри, задницей…

– Черт подери. Привет, – бормочет Генри, дергая бедрами от прикосновения. Несмотря на то, что он не может увидеть лица Алекса, тот все равно улыбается.

– Доброе утро, – произносит Алекс и слегка ерзает задницей.

– Сколько времени?

– Семь тридцать две.

– Самолет через два часа.

Из груди Алекса вырывается тихий звук. Он поворачивается и обнаруживает заспанное лицо Генри с наполовину открытыми глазами.

– Уверен, что мне не следует ехать с тобой?

Генри качает головой, не поднимая ее с подушки. Это выглядит мило.

– Это не ты опустил всю монархию и свою семью в собственных письмах, которые прочел весь мир. Я должен разобраться со всем сам, прежде чем ты вернешься.

– Это справедливо, – отвечает Алекс. – Но уже скоро?

Губы Генри растягиваются в улыбке.

– Безусловно. Тебе предстоит фотосессия в качестве королевского бойфренда, подпись рождественских открыток… Ах да, интересно, заставят ли они тебя выпустить свою серию косметики, как Марту…

– Заткнись, – стонет Алекс, тыча его под ребра. – Ты чересчур этим наслаждаешься.

– Я наслаждаюсь этим достаточно, – возражает Генри. – Но, если говорить серьезно, все это… пугающе, но немного приятно. Заниматься всем этим самостоятельно. Мне не давали столько свободы… никогда.

– Ага, – отзывается Алекс. – Я горжусь тобой.

– Фу, – произносит Генри с ровным американским акцентом и смеется, а Алекс толкает его локтем.

Генри притягивает его к себе и целует. Алекс смотрит на его русые волосы, рассыпающиеся по розовой подушке, длинные ресницы, голубые глаза, красивые ноги и изящные руки, прижимающие его запястья к кровати. Все, что он любит в Генри, находится в этом одном мгновении – в смешке, в том, как он дрожит, как уверенно изгибается его позвоночник в счастливом и раскованном сексе в этом прекрасно обставленном эпицентре урагана.

В этот день Генри возвращается в Лондон, а сам Алекс возвращается к предвыборной кампании. Теперь они должны понять, как им быть в реальности и как любить друг друга у всех на виду. Алекс знает, что они к этому готовы.

Глава пятнадцатая

Почти четыре недели спустя

– Позволь мне уложить твои волосы, дорогой.

– Мам.

– Прости, я тебя смущаю? – спрашивает Кэтрин, сдвинув очки на кончик носа и поправляя густые волосы Генри. – Ты скажешь мне спасибо, когда на твоем официальном портрете не будет прилизанных волос.