- И?

- И потом между ними что-то случилось. Говорят, Иван подписал контракт с промоутером, от которого Марк велел ему держаться подальше."

"- Вот с ним-то он и расторг контракт. А теперь, как не у дел остался, прибежал к Самарову, поджав хвост, - опять подал голос Димка, накладывая себе в тарелку щедрую порцию плова. Этери тоже взяла поднос и недоверчиво осмотрела ассортимент столовой. Она уже и забыла, когда в последний раз видела обычный винегрет. И как же его хотелось!

- А Марк, что? Не хочет ему помогать?

- Ты же видела, - пожала плечами Люба. – Может, конечно, Ванька его и уговорит, но… Вряд ли. Оба упрямцы, каких поищи. Никто не уступит… - Люба бросила тоскливый взгляд на румяные булочки и взяла тарелку с овощным салатом. - Эта диета меня доконает, - вздохнула она.

- Ты на диете? – удивилась Этери. Она точно помнила, как с утренним кофе Любаша втоптала целую плитку Милки.

- Решила заняться собой, - смутилась та.

- Отличный план. Знаешь, мне кажется, после развода каждая женщина будто преображается… А ты не думала сделать что-нибудь со своей прической?

Они прошли мимо других конторских и уселись за свободным столиком у окна.

- А что с ней не так? – растерялась Люба, потрогав залакированный шлем из волос.

«Все не так! Все…» - хотелось сказать Этери, но вместо этого она тактично заметила:

- Да нет. Я просто… Ну, знаешь, обычно женщины меняют имидж, когда вступают в новый период жизни.

Люба приподняла брови, с намеком уставившись на Этери. Так, ладно… Может, она и не имела морального права критиковать чью-то прическу, просто ей уж очень хотелось помочь…

- Я бы тоже сходила, - добавила она, чтобы сгладить ситуацию.

- И я! – вклинилась Ариша. - Папа не разрешает мне подстригать волосы. А я хочу!

Они как раз на пару с Любашей пытались отговорить Аришу от короткой стрижки, когда под потолком столовой прогремело Самаровское:

- Этери, мать твою, где тебя носит, дьявольское ты отродье?!

Глава 11

- У-у-у, все. Дело плохо! – прошептала Люба, склоняясь над своим салатом так низко, что казалось - еще чуть-чуть, и ее начес плюхнется в тарелку. Этери же, напротив, подняла голову, с досадой отмечая, что взгляды всех конторских обращены к ней. У двери в дальнем конце зала, уперев руки в бока, как какой-нибудь доморощенный ковбой, готовый в любой момент выхватить несуществующие пистолеты, стоял разъяренный Самаров. А за ним – Иван, который, кажется, искренне наслаждался происходящим.

- Иди за мной! – рявкнул Марк.

- Но я не доела…

- А я уже сыт твоим самоуправством по горло. За мной. В кабинет. Немедленно!

В воздухе явно повисло непроизнесенное «или я надеру тебе задницу прямо здесь», Этери закатила глаза, встала со стула и неторопливо продефилировала через зал.