— Если я выиграю, вы сделаете для меня фонарь.

— А если проиграешь, с завтрашнего будешь заниматься на час дольше, — сурово заключил Тун Жу.

Услышав это, Хань Мучунь заметно поник, а Тун Жу с улыбкой добавил:

— Если не поспешишь, опоздаешь на праздник.

Но время шло, и вскоре мир погрузился в хаос. Всюду бесчинствовали демоны, святость стала одержимостью, а великие бессмертные превратились в чудовищ. Под горой Фуяо больше не зажигали фонари.

Лишь спустя годы громких потрясений, сорок восьмой глава клана Фуяо вновь открыл ворота, и гора стала процветать.

А восемь лет спустя у подножия вновь начали подготовку к празднику фонарей. Один из местных стариков, пришедший на гору, чтобы попросить о благословении, даже загадал желание, в надежде, что бессмертные заклинатели услышат его и одарят удачей, как говорилось в древней легенде.

Когда Янь Чжэнмин открыл гору, клан уже превратился в «фазанье гнездо». Услышав о легенде, он той же ночью вошел в печать главы, намереваясь побольше узнать об этой традиции.

Вернувшись на рассвете, он долго молчал, а потом, пользуясь положением главы клана, отправил своих братьев, сестру и младших учеников носиться по округе.

Лужа, прихватив с собой младших, отправилась делать фонари, Ли Юнь придумывал загадки, пересчитывал те самые фонари, и вкладывал внутрь различные «подарки». Чэн Цянь вырезал на них оставшиеся после учителя заклинания, призванные защитить эти поделки от попадания в недобрые руки. И лишь глава клана сидел нога на ногу и неустанно придирался к чужой работе… кхм, то есть, контролировал процесс.

— Неужто учитель занимался всем этим в одиночку? — озадаченно пробормотал Ли Юнь, сбитый с толку количеством загадок.

В конце концов, он не выдержал, и принялся воровать чужие идеи. В этом ему с радостью помогал Хань Юань, запертый на Южных окраинах. Вот только вреда от него было больше, чем пользы. Все предложенные Хань Юанем загадки касались исключительно мира мертвых, такое нельзя было показывать людям. — Похоже, у нашего уважаемого наставника была масса свободного времени… все это слишком… высокопарно.

Зато Лужа искренне наслаждалась происходящим. Парящие в воздухе фонари, и кружащий над ними красный журавль казались частью одной семьи, окрасившей небо в яркие цвета.

Стоило признать, что ей действительно нравилось заниматься рукоделием.

— А тот спор между учителем и старшим наставником… кто его выиграл? — вдруг спросила Лужа."

"— Учитель, — ненадолго задумавшись, отозвался Янь Чжэнмин.

— Ух ты, учитель просто потрясающий! Похоже, в этом году мне стоит читать побольше книг, — продолжила девушка.

— Быть такого не может, — подал голос Ли Юнь.